1 2 3 4
 
  • Почему не тянет двигатель ВАЗ 2114?
    Список возможных причин
  • Почему не работает панель приборов ВАЗ 2114?
    Массовая проблема нашего автопрома
  • Подбираем размер дисков на ВАЗ 2114. Что нужно учитывать при выборе?
  • Что делать, если руль бьет на малой скорости или при торможении?

1. Сущность классовых различий и отношений между классами. Капиталистический лад


Социально-экономическая ситуация в Англии в начале 17 века

Если рассматривать экономическое развитие Англии начала XVII века, то нельзя говорить о том, что страна находилась в упадке или переживала период стагнации. Напротив, развитие промышленности в Англии набирало обороты и могло бы развиваться высокими темпами, если бы не феодальные пережитки, которые сдерживали переход экономики на новый, капиталистический лад.

Устаревшая система феодальных отношений была выгодна для старой знати, привыкшей жить ни в чем себе не отказывая и получая доходы со своих земель, в виде ренты и всевозможных пошлин, которыми облагались крестьяне, но подобная схема становилась все менее действенной. Рост населения, рост цен вели к тому, что лендлорды, требовавшие с крестьян все больше денег, в итоге доводили их до разорения. В стране назрела явная необходимость перехода на новые принципы ведения хозяйства.

Конец XVI - начало XVII вв. можно охарактеризовать как время технического прогресса в Англии[2], в эти десятилетия появилось множество изобретений, способных вывести промышленное производство страны на совершенно новый уровень: появление механического привода позволило достичь значительных качественных изменений во многих отраслях. Так использование привода в насосах для откачки воды из шахт позволило бы увеличить интенсивность горных разработок, повысить добычу каменного угля. Применение привода в кузнечном деле (воздуховодные меха и кузнечные молоты) позволяло снизить физические затраты и в тоже время повысить производительность труда. Кроме этого появился и ряд других изобретений, носивших в то время едва ли не революционный характер[3].

Но все эти достижения технического прогресс перечеркивались суровыми реальностями производственных отношений Англии - в основе производства по-прежнему лежало ремесло, труд оставался ручным во многих отраслях. Главным изменением можно считать начало постепенного перехода от мелкотоварного производства к капиталистическому производству, созданию крупных мануфактур. Но процесс этот был весьма неспешен, развитие новой промышленности сильно тормозила сохранявшаяся система королевских монополий, и цеховой строй ремесла.

Развитие крупных мануфактур шло в основном в тех отраслях, где производство отличалось технической сложностью и новизной, или же требовало привлечения большого числа рабочих[4], т.е. в отличие от средневековых принципов организации труда здесь требовалось первоначальное вложение солидного капитала. К таким отраслям относились горнорудная, металлургическая, а так же, получившие название - «новые мануфактуры»,[5] стекольная, бумажная, шелковая, мыловаренная, производство пороха, оружия, печатная отрасль.

Учитывая затратность новых предприятий, неудивительно, что во главе их оказывались держатели крупных капиталов, превращавшиеся таким образом в предпринимателей. Основной интерес таких предпринимателей составляли мануфактуры, работающие на производство экспортных товаров, способных принести большие прибыли. Стоит отметить, что на протяжении столетий производство и продажа шерсти составляли основную статью дохода Английского королевства, поэтому, наверное, именно суконное производство стало наиболее активно развивающейся мануфактурой.

Но если при производстве товаров шедших на экспорт активную роль играли современные капиталистические мануфактуры, то на внутреннем рынке преобладали так называемые рассеянная мануфактура.[6] По сути, они представляли собой домашнее производство, в роли владельца выступал не столько капиталист-предприниматель, сколько купец-скупщик. Если раньше (впрочем, и в 17 веке это сохранялось) ремесленник-суконщик приобретал на рынке шерсть и затем в домашних условиях изготовлял сукно, которое впоследствии продавал, то теперь новые предприниматели распространяли шерсть среди тех же ремесленников, только теперь они уже являлись домашними рабочими. Таким образом, один предприимчивый делец мог содержать под своим началом по нескольку десятков домашних рабочих, экономя при этом на производственных мощностях. Производство таких мануфактур перенеслось главным образом в деревни, где бедные крестьяне, коттеры, работали обычно семьями. Во многом это было связано с тем, что в промышленных городских центрах цеховой строй по прежнему занимал сильную позицию, и всячески противодействовал вторжению купеческого капитала на свою территорию.

Продолжавший действовать введенный в 1563 году Елизаветой I Ученический статут, представлял собой серьезную помеху для развития производства. Согласно статуту сохранялось требование 7 летнего обучения для всех желающих заняться ремеслом (на протяжении этих 7 лет мастер фактически эксплуатировал своих подмастерьев на, практически, рабских условиях), запрещалось держать в одном доме больше двух станков, запрещалось совмещать в одной мастерской работу нескольких ремесленников, ограничение числа подмастерьев, занятых у одного мастера, запрет заниматься ремеслом в прилегающих к городу пригородах и деревнях, а кроме того контроль цеха за соблюдением средневековых норм (к примеру длинны и ширины полотнища сукна).[7]

Несомненно, при таком подходе не могло быть и речи о техническом прогрессе в отрасли производства сукна, устаревшие методы и нормы не позволяли производить то количество продукции, которое требовалось для возрастающего спроса.

Между цеховой корпорацией и новыми предпринимателями велась ожесточенная борьба, но все же, несмотря на все защитные барьеры, которые возводила вокруг себя цеховая корпорация, они не могли устоять перед требованиями предъявляемыми новым временем, новой экономикой.

Но, если борьба с устаревшей цеховой системой медленно, но верно шла с пользой для мануфактурного производства, то в вопросах торговли по-прежнему сохранялись препятствия, чинимые королевской властью. Главным образом это было связано с тем, что продавая монополии и патенты на торговлю, королевская власть пополняла свою казну, а вопросы развития конкуренции её мало беспокоили. Зато отсутствие возможности вести честную конкурентную борьбу сильно раздражала предпринимателей.

В сельском хозяйстве ситуация складывалась несколько иначе, переход к новым, капиталистическим условиям шел здесь быстрее и был более радикален. Главным образом такое опережение сельским хозяйством промышленного сектора, связано с ростом городского населения, начавшегося ещё в 16 веке.[8] Как следствие вырос спрос на сельскохозяйственную продукцию. Возросло значение зерновых культур, в скотоводстве наравне с овцеводством стало развиваться разведение молочного и мясного скота, активно развивалось садоводство и огородничество.

Уникальность развития сельскохозяйственного сектора в Англии заключается в том, что это была единственная в мире страна, в которой развитие земледелия до уровня сопоставимого с появлением мануфактуры в производстве, произошло одновременно, или даже несколько раньше чем в промышленном секторе.[9] Новые методы внедрялись здесь намного активнее, несмотря на феодальные формы земледелия.

Интерес буржуазии к земле был легко объясним, во-первых, владение земельными угодьями по-прежнему оставалось неприемлемым атрибутом престижного положения в обществе, а во-вторых, земли являлись очень выгодным источником капиталовложений. Естественно, что капитал устремился в деревню отовсюду.

В конце XVI начале XVII века главными "поставщиками земли" на рынок являлись разорившиеся аристократы, процесс отчуждения маноров шел весьма активно, фактически в период с 1561 по 1600гг. отчуждался каждый третий манор, в период с 1601 по 1640 пропорция увеличилась.[10] Таким образом, к середине 17 века большая часть земель оказалась сосредоточена в руках новых лендлордов, приобретших их за золото, а не путем прямого наследования. Этот факт позволял им считать эту землю своей "благоприобретенной", собственностью. При этом большинство земель манориальных лордов с точки зрения царившего в стране феодального права являлись "рыцарским держанием", т.е. подчинялись верховному лорду, или же непосредственно королю. Подобный статус налагал ряд повинностей на владельца и предусматривал весьма ограниченные права распоряжаться своей собственностью.

Рыцарское держание или феод к 17 веку наследовался почти свободно, но мог переходить лишь от отца к старшему сыну, обделенные при этом наследством обращали свои взгляды в сторону предпринимательства. Подобное наследование содержало ещё одно неприятное условие - сюзерен мог потребовать выплаты рельефа (выкупа), в случае наследования обширных владений рельеф превращался фактически в способ фискального вымогательства. Если же земельный надел находился в непосредственном подчинении королю, то чтобы вступить в наследство, помимо рельефа, требовалось внести ещё и первую сезину (primer seisin), своего рода "вступительный взнос", равный сумме годового дохода с наследуемого владения.[11]

В итоге сложилась следующая ситуация: для того чтобы создать на земле условия капиталистического производства требовалось избавиться от пережитков феодализма, но королевская власть в данном вопросе занимала прямо противоположную точку зрения. Абсолютизм решил пойти по пути восстановления трещавшей по швам системы феодального рыцарского землевладение, поскольку королевская власть стремилась к утверждению неограниченной власти монарха и устранению финансовой независимости парламента.

Но если скупка земель разорившихся аристократов проходила практически по обоюдному согласию, то другой способ привнесения капиталистических условий в деревню отличался скорее жесткостью и насильной ломкой традиционных условий. Начавшийся ещё в 15 веке и получивший название Огораживание, этот способ получения земель являлся, по сути, экспроприацией общественных земель крестьян. Наряду с огораживанием активно применялись повышение ренты на землю и нормы общего права, главной целью этих действий было сосредоточение пастбищ и пахотных земель в руках крупных землевладельцев, лендлордов. Появлявшиеся в итоге безземельные крестьяне становились наемными рабочими, батраками и возделывали некогда свою землю уже не имея на неё никаких прав. Огораживания и осушения болот, продолжавшиеся в первой половине XVII века, неизменно вызывали протесты и восстания среди крестьян, которые успешно подавлялись властями.[12]

Результатом всех этих процессов, протекавших в английском обществе, стало появление новых сословий. Как писал ещё в 16 веке публицист Уильям Гаррисон: "Мы в Англии обычно подразделяем людей на четыре сорта". К первому относилась титулованная знать, рыцари, эсквайры и простые джентльмены. Ко вторым относились бюргеры, горожане налогоплательщики. В третью категорию попадали зажиточные крестьяне с доходом 60 шиллингов в год, фригольдеры и богатые арендаторы.[13] К четвертой относились копигольдеры, поденщики, коттеры, ремесленники, о них Гаррисон писал, что это люди, которые не имеют «ни голоса, ни власти в государстве, ими управляют, и не им управлять другими».[14]

По мнению исследователей в начале 17 века число копигольдеров в английской деревне насчитывало примерно 60%, основная часть фригольдеров проживала в Восточной части Англии, но и там число копигольдеров насчитывало от одной трети до половины. Фригольдеров отличало то, что их земельные владения по характеру были приближены к буржуазной собственности, в тоже время копигольдеры были полностью зависимы от лорда, их земельные наделы основывались на старом феодальном праве.

Наследственным правом держания земли обладала очень незначительная часть копигольдеров, широко распространенная система опеки малолетних наследников позволяла лордам распоряжаться земельными наделами несовершенно летних, до 21 года мужчин и 14-16 лет женщин. С девушками поступали просто, их выдавали замуж, с максимальной выгодой для лорда, мужчинам же для получения наследства требовалось внести "плату за передачу", составлявшую стоимость полугодового дохода с земли. Но даже уплата всех поборов не гарантировала, что наследник сможет получить надел отца в том, виде, в котором тот был ему оставлен. Зачастую земля была либо истощена активным земледелием, либо сдана в аренду на много лет вперед, или же, в лучшем случае, просто была лишена всех построек, а леса, произраставшие на ней, вырублены "заботливым опекуном".

Так же, лорды активно наживались на крестьянах, регулярно повышая ренту, которая якобы была фиксированной, но при каждой передаче надела (по наследству и т.п.) она менялась на усмотрение лорда. Если же надел предоставлялся непосредственно королем, то для вступления в наследование требовалось принять рыцарское звание (не дешёвое мероприятие) или же выплатить файн (произвольный штраф).[15] Учитывая, что размер файна не был фиксирован, лорды фактически могли использовать его дабы избавится от землевладельца, нужно было лишь установить непосильный для него размер файна. С середины 16 до середины 17 века были случаи, когда размеры файна увеличивались десятикратно.

В результате подобных мер, лишенные земли копигольдеры становились лизгольдерами, краткосрочными арендаторами небольших кусков земли, или же становились издольщиками, т.е. обрабатывали чужую землю за долю урожая.

Но даже если лорд милостиво не требовал с крестьян баснословные суммы за получение наследства, и в уплату ренты, это не значило, что крестьяне могли жить спокойно. Копигольдеры платили за все! Посмертный сбор, мельничный, за пользование пастбищами и лесами, даже за спил дерева на своем наделе копигольдер был обязан заплатить своему лорду. Права на надел так же были сильно ограничены, без согласия лорда надел нельзя было ни продать, ни заложить, ни сдать в аренду. Среди копигольдеров существовала прослойка более менее зажиточных, но большая часть в имущественном плане жила средне или и вовсе с трудом сводили концы с концами. Имущественное расслоение среди фригольдеров было ещё более выраженным, т.е. крупные фригольдеры были близки по своему положению к деревенским джентльменам дворянам, мелкие же имели много общего с копигольдерами, им приходилось отчаянно бороться за сохранение своих прав.

Но была в деревне ещё одна группа - безземельные коттеры, они использовались и в качестве батраков, поденщиков, и в качестве рабочих мануфактур. Эта довольно многочисленная группа населения (по свидетельству современников в конце XVII века они насчитывали 400 тысяч, (при этом к середине XVII века число жителей Англии достигало 5,3 миллиона человек[16]) испытывала на себе одновременно все тяготы феодального и капиталистического гнета. Именно эта группа населения отличалась наиболее радикальными взглядами, во время восстаний их лозунги характеризовались наиболее крайними призывами и идеями. Как и во всех других странах, эта часть население была наиболее мобильной и легкой на подъем, если речь заходила о мятежах и восстаниях, их целью было завладеть материальными благами более удачливых сограждан.

Как было сказано выше, английская аристократия к 17 веку уже не могла похвастаться древностью своего рода, большая её часть была новосозданной, в лучшем случае Тюдорами, а часто и вовсе Стюартами. Более половины состава палаты лордов 1642 г. получили свои титулы после 1603 г. Представить имущественный облик пэров позволяют следующие данные: годовая стоимость владений 61 пэра-роялиста составляла 1 841 906 фунтов стерлингов, т. е. в среднем 30 тысяч фунтов стерлингов на одного. Только 16 пэров получали доход, превышающий эту среднюю сумму, зато доход многих был намного ниже ее. Оскудение значительной части знати было результатом сохранения феодального образа жизни, включая и формы утилизации земельной собственности. В случае отсутствия королевского фавора (должностей, пенсий, дарений) это приводило к неоплатным долгам и к неминуемой распродаже значительной части земельных владений.[17]

Младшие сыновья пэров не наследовавшие титула, получавшие лишь звание рыцаря, переходили в разряд "низшего дворянства" - джентри, причем не только формально, но зачастую и по образу жизни они становились дворянами - предпринимателями, близкими к буржуа. В тоже время буржуа, являвшиеся носителями нового капиталистического способа производства, богатели и приобретали себе дворянские титулы и гербы. В итоге получалось, что дворянство Англии оставаясь как бы единым сословием оказывалось расколото на два социальных слоя, которые впоследствии оказались по разные стороны баррикад.

То есть получалось следующее: старое дворянство, привыкшее жить за счет получения феодальной ренты со своей земли, связывало свое благополучие с абсолютизмом и с сохранением старого режима. Новое же дворянство, несмотря на титулы и звания, ничуть не чуралось использовать земли для получения капиталистической выгоды, а не феодальной. Любое предприятие, будь то хоть сыро или пивоварение не считалось зазорным, если приносило существенный доход. Поэтому когда началась революция, восставшая буржуазия обнаружила на своей стороне эту часть дворян-предпринимателей, выступавшую вместе с ними против абсолютизма и старой знати.

Что касается самой буржуазии, то в начале 17 века её состав был неоднородным. С одной стороны верхушка лондонского Сити и провинции активно пользовались благами тюдоровской политики покровительства отечественной торговли и промышленности. Эти несколько сотен буржуа являлись обладателями королевских монополий и патентов, кроме того выступали кредиторами старой, феодальной знати и являлись участниками привилегированных торговых компаний.[18] То есть сохранение старого строя было им скорее выгодно, по крайне мере отмена монополий и патентов явно не входила в их интересы. Основную же часть буржуазии представляло купечество средней руки и высший слой цеховых мастеров. Эта часть буржуазии с одной стороны была против фискального гнета и злоупотреблений абсолютизма, а с другой видели в короне свою опору, в качестве гаранта сохранения средневековых корпоративных привилегий. Именно поэтому представители этой части буржуазии были не всегда последовательны в своих решениях и очень осторожны.

Самой яростной противницей абсолютистского режима, с его феодальными пережитками выступала та часть буржуазии, которую представляли новые предприниматели, создатели рассеянных или же централизованных мануфактур, цеховая политика и политика королевских монополий ущемляли их интересы и не давали развернуться на полную мощность. Из сферы торговли их вытесняли обладатели королевских патентов на заморскую и внутреннюю торговлю.

Низшие слои трудящегося населения (мелкие ремесленники, небогатые земледельцы), а так же весьма обширный слой наемных городских и сельских рабочих представлял в то время значительнейшую часть населения, интересы которой никто не учитывал и не представлял, что стало своего рода катализатором процесса революции. Именно на эту категорию населения и опиралась буржуазия и новое дворянство в ходе революции, именно они позволили им свергнуть абсолютизм и прийти к власти.



biofile.ru

Социально-экономическое развитие пореформенной России

Ведущим процессом в экономике и социальных отношениях пореформенной России являлось развитие капитализма. Капиталистические отношения складывались уже в эпоху дореформенной, крепостной России. Однако интенсивное развитие капитализма и утверждение его, как господствующей экономической и социальной системы, происходит в пореформенное время. Буржуазные реформы 1860 - 1870 гг., и в первую очередь крестьянская 1861 г., служили важнейшим политическим фактором в данном процессе. Здесь проявилась огромная роль политического фактора, его влияние на социально- экономические, базисные процессы. Однако, в разных областях экономики развитие шло неравномерно.

Развитие капитализма в сельском хозяйстве происходило очень медленно, в борьбе с крепостническими пережитками. Наблюдался постепенный переход помещичьего хозяйства от барщинной системы к капиталистической.

Отмена крепостного права, создание сети железных дорог, система учреждений капиталистического кредита увеличили возможности сбыта хлеба и других продуктов сельского хозяйства, повысили товарность земледелия и животноводства. Во всех районах страны стала возрастать продажа хлеба крестьянами. Россия вышла на первое место в мире по экспорту хлеба, ее сельское хозяйство все теснее связывалось с мировым рынком.

Сельскохозяйственное производство росло вследствие его специализации (по районам) за счет распашки новых земель на южных и восточных окраинах. В помещичьих и крупных кулацких хозяйствам стали применяться улучшенные сельскохозяйственные орудия и машины на конной тяге. После реформы помещики больше продавали земли, чем покупали, и больше земли сдавали в аренду, чем использовали в своем хозяйстве. За аренду помещичьей земли крестьяне платили деньгами или отработкой. Отработочная система хозяйства стала переходной от барщинной к капиталистической. Другой разновидностью отработочной системы являлась издольщина - крестьяне за аренду земли отдавали помещику часть урожая. К 1870 г. капиталистическая система хозяйства начала вытеснять все другие.

Важнейшим показателем капиталистического развития русской деревни стали изменения в социальном укладе. Развитие денежных отношений, необходимость внесения в срок выкупных платежей и податей создавали базу для ростовщичества, а это способствовало еще большему обезземеливанию большинства крестьянства, расслоению на сельский пролетариат и деревенских богатеев - "кулаков". Лишившиеся земли крестьяне работали по найму в деревне или уходили в город, пополняя рынок наемной рабочей силы. "Кулаки" расширяли хозяйства не только за счет крестьянских земель, но и приобретая земли тех помещиков, которые не сумели перестроиться на капиталистический лад и постепенно разорялись.

Мировой аграрный кризис 1880-1890 гг. приведший к снижению цен на хлеб, болезненно сказался на сельском хозяйстве России. Правительство вновь попыталось законсервировать крепостнические пережитки в деревне. Однако количество посевных площадей продолжало увеличиваться. Увеличивалась и продукция сельского хозяйства. Главный центр производства зерна в Черноземье передвинулся из Среднего Поволжья на южные и восточные окраины европейской России, сделавшиеся основным поставщиком хлеба для внешнего и внутреннего рынка.

Развитие капитализма в промышленности шло гораздо быстрее. Ее росту способствовало втягивание деревни в рыночные отношения и создание рынка рабочей силы. Если в начале 60-х гг. в промышленности наблюдался некоторый спад, то в 70-90 гг. последовал бурный рост. Начавшийся еще в 30-40 гг. промышленный переворот завершился в основном в 80-х гг., когда в решающих отраслях фабрика восторжествовала над мелким производством и мануфактурой. Ведущей оставалась легкая промышленность, прежде всего текстильная и пищевая. Стремительное развитие получили каменноугольная и металлургическая промышленность - главным образом на Украине и Донбассе, где началось активное освоение залежей.

Началось широкое железнодорожное строительство. До крестьянской реформы в России было 1,5 тыс.км. железных дорог, а за первое пореформенное двадцатилетие железнодорожная сеть выросла в 15 раз. Давшие толчок развитию промышленности железные дороги еще и втягивали новые районы в единый всероссийский рынок.

Одновременно возникли новые отрасли, связанные с пароходостроением, сельхозмашиностроением, производством оборудования для угольной и нефтяной промышленности , бурно развивающейся в Баку.

Резко увеличивается приток иностранных капиталов и концентрация производства. В 1880-е гг. появляются первые монополистические организации в промышленности. Политика правительства характеризуется непосредственным государственным вмешательством в экономику страны, протекционистским курсом (комплексом мер по стимулированию национальной промышленности).

Несмотря на быстрый рост крупной промышленности оставалась значительной роль мелкой, полукрестьянской. В целом Россия по масштабам промышленного производства продолжала быть отсталой страной, уступавшей ряду государств Запада.

Капиталистическое промышленное развитие привело к серьезным изменениям в социальной структуре. Высокими темпами множилось городское население. Значительно увеличился класс торгово-промышленной буржуазии, неизмеримо возросло ее экономическое значение. Быстро росла численность рабочего класса. В первые пореформенные десятилетия это происходило не за счет естественного прироста, а ввиду массового ухода крестьян в город на заработки.

Таким образом, важнейшими особенностями социально-экономического строя пореформенной России была развитая капиталистическая промышленность и отсталая деревня. Несмотря на сравнительно высокие темпы роста капитализма, Россия по-прежнему отставала от других капиталистических стран.

Рекомендуем прочитать:

Конспект по истории России

rgrtu-640.ru

объединение италии и германии - Школьные Знания.com

Объединение – это 1-на из задач революции 1848г., но которая не была решена. Несмотря на то, что революции были подавлены, правительству пришлось пойти на уступки. Самой заметной была реформа в Пруссии: крестьянство могло за выкуп выйти из повинности, а помещики, получив выкуп, могли перестроить свое хозяйство на капиталистический лад. Германия: Поражение революции не остановило развитие капитализма. Т.о. объединение Италии и Германии становится не только политической и экономической необходимостью. В каждой из этих стран существовали города и государства, которые претендовали на лидеров объединения. Разновидности объединения было 2: путь сверху (Германия) – это когда более сильное государство военными и дипломатическими способами объединяет вокруг себя остальные государства. В Германии у пути сверху было 2 варианта: 1. Малогерманский вариант во главе с Пруссией и без Австрии; 2. Великогерманский вариант во главе с Австрией. Объединение Германии связано с именем Бисмарка. В 1848г. Бисмарк выступал против объединения Германии, но за прошедшее время взгляд изменился: 1) объединение Германии – это неизбежность, если дворянство будет сопротивляться, то она окажется на обочине, значит, ему нужно возглавить объединение. 2) главный противник объединения будет Австрийская Империя – надо создать максимальное выгодные условия для борьбы с Австрией. 3) он может не обращать внимания на оппозицию буржуазии, т.к. та больше боялась революции. 1864г. – война с Данией – Бисмарку важно доказать, что он действует за интересы всей Германии. В этой войне он воевал за два германских герцогства: Шлезенгер, Гольдштейн. Бисмарк предложил Австрии и Пруссии воевать с Данией и в результате войны Шлезенгер отошел Пруссии, а Гольдштейн Австрии. 1866г. -  война с Австрией: надо решить две задачи: 1) невмешательство соседних государств – он умаслил Россию и Францию. Россия была недовольна Австрией, т.к. во время Крымской войны Австрия угрожала вступить в нее против России; а Францию Бисмарк поймал на жадности: он пообещал Наполеону то, что граница Франции будет проходить по р. Рейну. 2) Австрию надо было разгромить очень быстро, пока Европейские государства не спохватились. Для войны на два фронта Бисмарк призвал в союз Италию. Т.о. в 1866г. Прусская армия при Садовой разгромила Австрию. Здесь Бисмарк резко заявил, что доводить до конца не надо, а от Австрии потребовать только отказ от объединения Германии вокруг Австрии. 1867г. – большинство государств Германии объединились в Северогерманский союз, главой стал король Пруссии. 1870г. – война с Францией – в результате Франция разгромлена и в версальском дворце провозглашена Германская Империя. Это классический метод объединения сверху. Италия: революция 1848г. привела к существенному падению авторитета революционного направления – Мадзини. Стал усиливаться Пьемонт во главе с Кавуром – здесь сложился блок буржуазии. Перед ними стояла цель – надо найти союзника для того, чтобы избавиться от гнета Австрии. К 1859г. Пьемонту удалось убедить Францию выступить против Австрии. 1859г. – Франко-итало-австрийская война. Италия и Франция разгромили Австрию, которое вызвало подъем освободительного движения в Италии. Провинции стали заявлять о желании присоединиться к Пьемонту. Эта ситуация не нравится Франции (ей не нужно по соседству сильное государство), она выходит из войны и заключает сепаратный мир с Австрией. В результате объединение Италии опять не удалось. Но! В 1860г. происходит крупное восстание на о. Сицилия. Демократы во главе с Гарибальди организовали тысячную экспедицию в помощь Сицилии. В Силиции боевые действия перешли на континент где Гарибальди освобождает Сицилию и провозглашает себя диктатором. Он проводит референдум, где поднял вопрос о присоединении к Пьемонту. Большинство – за и в 1861г. возникло Итальянское королевство. Объединились все области кроме Венецианской (здесь оставалось влияние Австрии) и Папской (Папа сам сопротивлялся, и его поддерживала Франция). В 1866г. – Италия возвращает себе Венецию, после того как Италия поддержала Пруссию в войне против Австрии. В 1870г. – из Папской области вышла Франция, т.к. началась франко-прусская война. 1870г. – объединение Италии. Это смешанный путь объединения. пути объед-в италии - сверху- путем войн. снизу-рев движ герм-только сверху-по рук самой сильн гос пруссии 

Источник: http://5fan.ru/wievjob.php?id=26523

znanija.com

1. Сущность классовых различий и отношений между классами : Основы марксизма-ленинизма Куусинен О.В., Арбатов Ю.А. : Библиотека Инокентия Ахмерова онлайн

Противоречия и столкновения между людьми разного социального положения навели передовых ученых еще до Маркса на мысль о существовании различных общественных классов и борьбы между ними. Однако их представления о классах оставались весьма расплывчатыми и неопределенными. Из многих признаков, которые отличают людей, принадлежащих к разным классам, эти ученые не могли выделить главного и решающего. В результате предлагаемые ими принципы классового деления не схватывали существа проблемы, зачастую оказывались случайными и произвольными. В еще большей степени характерно это для современной буржуазной социологии.

Буржуазные социологи признают, что общество неоднородно, что оно состоит из множества разных слоев («страт») и социальных групп. Но что лежит в основе этого расслоения? На этот вопрос отвечают по-разному. Одни социологи выдвигают на первый план духовный момент, общность психологии, религиозных взглядов и т. п. Но мы уже видели, что общественное сознание людей зависит от их общественного бытия. Другие основным принципом классового деления считают материальное благосостояние: размер доходов, жилищные условия и т. д. Но ведь размеры доходов зависят от того, какое место занимает данный класс в общественном производстве, является ли он собственником средств производства или же угнетенным, эксплуатируемым классом. От этого зависят и его роль в политической жизни, и его образовательный уровень, и его быт.

Поскольку главная и решающая сторона общественной жизни — это материальное производство, основу деления общества на классы надо искать в том, какое место те или иные группы людей занимают в системе общественного производства, в каких отношениях они находятся к средствам производства.

Наиболее полное определение классов дал В. И. Ленин в работе «Великий почин»: «Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а, следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства» 1.

Именно существование классов лежит в основе социальной несправедливости, представляющей собой характерную черту эксплуататорского общества. Не «воля божья» и не индивидуальные качества людей, как это всегда пытались доказать идеологи эксплуататорских классов, а принадлежность к тому или иному классу объясняет господствующее, привилегированное положение одних и угнетение, нищету и бесправие других.

Это, конечно, не означает, что все другие различия и отношения в обществе, кроме классовых, несущественны. В ходе исторического развития человечества сформировалось немало устойчивых форм социальной общности, которые не совпадают с классовым делением. Такова, в частности, национальная общность — нация.

Национальные связи отличаются большой устойчивостью. На этом основании буржуазные социологи часто пытаются представить их как «естественные», «природные» отношения, более существенные, чем отношения классовые. Такой взгляд, однако, глубоко ошибочен.

Прежде всего, национальные отношения, как и классовые, не есть нечто извечное. Они являются продуктом длительного исторического развития. Формы общности людей находятся в тесной связи с характером общественного строя и изменяются вместе с ним. При первобытнообщинном строе основной формой общности людей были род и племя. Главным признаком, отличавшим членов родового коллектива от остальных людей, было их общее происхождение, кровное родство. С разложением первобытнообщинного строя устойчивость родов и племен постепенно разрушалась, значение кровнородственных связей ослабевало. В результате слияния нескольких племенных союзов складывались народности. Люди, принадлежащие к одной народности, уже не связаны друг с другом узами родства; присущие им общие черты (общность языка, территории, культуры) имеют социальное, историческое происхождение. Однако единство народности еще весьма неустойчиво. В условиях рабовладельческого и феодального строя не могло быть того единства экономической жизни, которое является необходимым условием прочного территориального единства и устойчивой общности культуры. Только в эпоху становления капитализма, который уничтожает феодальную раздробленность и приводит к образованию единого национального рынка, складываются необходимые предпосылки для превращения народностей в нации.

Национальную общность людей нельзя также отождествлять с понятием расы, как делают многие буржуазные социологи. Деление на. расы — это деление людей по наследственным признакам строения тела. В зависимости от ряда признаков (цвета кожи, формы черепа, волос и т. д.) наука различает три основные расы: европеоидную (или белую), негроидную (или черную) и монголоидную (или желтую). В отличие от национальной общности расовые признаки имеют биологическую природу и образовались в результате длительного приспособления человеческого организма к определенным природным условиям. К одной и той же расе принадлежат различные нации, С другой стороны, в составе одной и той же нации подчас имеются люди с разными расовыми признаками (скажем, негры, белые и индейцы в некоторых латиноамериканских странах). Не существует также внутренней связи между расой и языком. Например, английский язык в США является родным и для белых, и для негров. Поэтому такие понятия, как «германская

 «англо-саксонская раса» просто бессмысленны. Утверждение расистов, будто одни расы или нации стоят выше других и будто «цветные» народы уступают в способностях «белой» расе, опровергается как данными науки, так и опытом всемирной истории, который доказывает, что все народы земного шара способны к созданию культурных ценностей и размер их вклада в мировую культуру определяется не цветом кожи или формой черепа, а особенностями их исторического развития.

Под нацией марксизм-ленинизм понимает исторически сложившуюся устойчивую общность людей, возникшую на основе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры (И. В. Сталин) 2.

Национальная общность не может отменить классовых различий внутри нации. Напротив, эти различия пронизывают всю ее жизнь, раскалывают ее на враждующие части. Национальная общность, таким образом, не только не исключает классового антагонизма, но без учета его не может быть правильно понято само национальное движение.

С другой стороны, классовая солидарность выходит за рамки отдельной нации. Американские, немецкие, французские капиталисты говорят на разных языках. Но всех их сближает то, что они принадлежат к одному классу, и это сплачивает их против социализма, рабочего движения и национально-освободительной борьбы колониальных народов. Точно так же и рабочие принадлежат к разным национальностям и расам, но они остаются прежде всего пролетариями, и это определяет общность их интернациональных интересов, целей и идеологии, перед которой отступают на задний план другие различия. Сознательные рабочие, понимая, что национальная рознь и отчужденность наносят ущерб интернациональным интересам рабочего класса, ведут борьбу против любых форм национальной или расовой дискриминации.

Раскол общества на классы — исторически преходящее явление

Оправдывая социальное неравенство, идеологи имущих классов всегда пытались изобразить его в качестве вечной, неотъемлемой черты любого человеческого общества. Это неверно. Раскола общества на эксплуататоров и эксплуатируемых не было при первобытнообщинном строе, и он окончательно исчезает в условиях социализма.

Появление классов непосредственно связано с частной собственностью на средства производства, делающей возможной эксплуатацию человека человеком, присвоение одной группой людей труда другой.

Для определенного этапа развития раскол общества на классы был неизбежным и исторически необходимым. Пока

человеческий труд был еще так мало производителен, что давал только ничтожный излишек над необходимыми жизненными средствами, подчеркивает Энгельс, до тех пор рост производительных сил, расширение сношений, развитие государства и права, создание искусств и наук были возможны лишь при помощи усиленного разделения труда, имевшего своей основой крупное разделение труда между массой, занятой простым физическим трудом, и немногими привилегированными, которые руководят работами, занимаются торговлей, государственными делами, а позднее также наукой и искусством 3. При этом класс, ставший во главе общества, конечно, не упускал случая из личных выгод отягощать трудящиеся массы все большим и большим трудом.

Но, после того как развитие производительных сил поставило на повестку дня замену частной собственности общественной и ликвидацию отношений эксплуатации, исчезает и почва для существования классов. Сохранение классов не только становится излишним, но и превращается в препятствие на пути дальнейшего развития общества.

В социалистическом обществе уже нет эксплуататорских классов, отношения между классами рабочих и крестьян приобретают принципиально новый характер, исключающий эксплуатацию, господство одного класса над другим. Открывается эпоха стирания оставшихся различий между классами. Наконец, при переходе к коммунизму классы исчезнут.

Таким образом, деление общества на классы, вражда между ними — неотъемлемая черта лишь эпохи господства частной собственности.

Классовая структура общества

По своему положению в обществе классы делятся на основные и неосновные. Основными называются классы, без которых невозможен господствующий в обществе способ производства и которые вызваны к жизни именно этим способом производства. В рабовладельческом обществе это рабовладельцы и рабы, в феодальном — феодалы и крепостные, в буржуазном — капиталисты и рабочие. Речь идет, таким образом, о классах, один из которых является собственником основных средств производства и стоит у власти, а другой составляет основную часть эксплуатируемых. Отношения между этими классами всегда остаются антагонистическими, основанными на противоположных интересах. Капиталист, например, заинтересован в том, чтобы заставить рабочего производить возможно больше, а платить ему возможно меньше. У рабочего, естественно, прямо противоположный интерес. Несовместимость экономических интересов классов-антагонистов порождает непримиримую борьбу между ними. «Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер и подмастерье, короче, угне-

тающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов»4.

Но помимо этих основных классов в эксплуататорском обществе существуют и другие, неосновные классы. Например, в рабовладельческом обществе существовали свободные крестьяне и ремесленники, в капиталистическом — помимо буржуазии и рабочего класса есть еще крестьянство, во многих странах — помещики и т. д. Существование этих неосновных классов с их особыми интересами, наряду с существованием целого ряда общественных прослоек (например, интеллигенции), значительно усложняет картину классовых взаимоотношений.

Классы буржуазного общества

Основные классы буржуазного общества — это капиталисты (буржуазия) и наемные рабочие (пролетариат).

Буржуазия представляет собой класс собственников основных средств производства, который живет за счет эксплуатации наемного труда рабочих. Это господствующий класс капиталистического общества.

Буржуазия в свое время сыграла прогрессивную роль в развитии общества, возглавив борьбу против отживших феодальных отношений. В погоне за прибылью, подгоняемая конкуренцией, она вызвала к жизни могучие производительные силы. Но по мере развития противоречий капитализма буржуазия из прогрессивного класса превратилась в реакционный, а ее господство стало главным тормозом развития общества.

Создателем колоссальных богатств, присваиваемых буржуазией, является рабочий класс — главная производительная сила капиталистического общества. В то же время это класс, лишенный собственности на средства производства и вынужденный продавать капиталисту свою рабочую силу.

По мере развития капитализма растет богатство крупнейших капиталистов, но в то же время возрастает угнетение и возмущение рабочего класса, «который обучается, объединяется и организуется механизмом самого процесса капиталистического производства» (Маркс) 5.

С развитием капитализма, таким образом, растет и его могильщик — рабочий класс, носитель нового, более высокого, социалистического способа производства.

Но ни в одной стране капитала состав общества не сводится только к этим двум классам. Капитализма в таком «чистом виде» нигде не было и нет. Капитал проникает во все отрасли народного хозяйства и переделывает их, но нигде полностью не уничтожает старые экономические уклады.

Поэтому во многих буржуазных странах сохраняется крупная земельная собственность помещиков. Они перестраивают хозяйство в своих поместьях на капиталистический лад, при случае приобретают промышленные предприятия, становятся пайщиками акционерных компаний, превращаются в капиталистов. Многочисленные представители класса помещиков идут в государственный аппарат, а также в армию и флот в качестве командного состава. По своим интересам, взглядам, политическим устремлениям крупные землевладельцы, как правило, примыкают к самой реакционной части буржуазии, в частности составляют один из оплотов фашизма (примером могут служить прусские помещики-юнкеры в Германии).

Из феодального общества в капиталистическое переходит и крестьянство. За исключением наиболее богатой прослойки (сельской буржуазии, кулаков), оно представляет собой класс эксплуатируемых. Эксплуатация крестьян принимает различные формы: арендной платы, уплачиваемой землевладельцу, кабальных ссуд и займов, получаемых от капиталистов, прямой эксплуатации труда бедняков, вынужденных прирабатывать на помещичьих и кулацких полях, и т. д. Массы крестьян вынуждены платить дань крупным капиталистам также в виде повышенных цен на покупаемые ими промышленные товары.

Крестьяне, которые трудятся на собственной земле, вместе с ремесленниками, мелкими торговцами, кустарями образуют довольно многочисленный слой мелкой буржуазии. К нему принадлежат люди, которые владеют собственностью на мелкие средства производства, но в отличие от буржуазии не живут эксплуатацией чужого труда. Мелкие буржуа занимают в капиталистическом обществе промежуточное положение. Как частные собственники, они примыкают к буржуазии, но как представители слоев, живущих за счет своего труда и эксплуатируемых буржуазией, — к рабочим. Промежуточное положение мелкой буржуазии порождает ее неустойчивую, колеблющуюся позицию в классовой борьбе.

По мере развития промышленности, техники и культуры в капиталистическом обществе складывается широкий слой интеллигенции, т. е. лиц умственного труда (инженерно-технические работники, учителя, врачи, служащие учреждений, ученые, писатели и т. д.). Интеллигенция — не самостоятельный класс, а особая социальная прослойка, существующая за счет продажи своего умственного труда. Она рекрутируется из различных слоев общества, главным образом из имущих классов и только частично из рядов трудящихся. По своему материальному положению и образу жизни интеллигенция неоднородна. Верхние ее слои — высшие служащие,

видные адвокаты и другие — близки к капиталистам, а низы — к трудящимся массам. Передовая часть интеллигенции по мере развертывания классовой борьбы в капиталистическом обществе переходит на позиции марксизма-ленинизма, участвует в революционной борьбе рабочего класса.

В буржуазном обществе существует еще один слой, деклассированные элементы — люмпен-пролетарии — «дно» капиталистического общества: бандиты, воры, нищие, проститутки и т. д. Этот слой постоянно пополняется выходцами из разных классов, которых выбрасывают на «дно» условия капитализма. Анархисты утверждали, что люмпен-пролетарии — самый революционный элемент капиталистического общества. История же последнего столетия доказала полную правоту Маркса и Энгельса, которые охарактеризовали люмпен-пролетариат как слой, который в силу своего жизненного положения склонен продавать себя для реакционных козней 6. В гитлеровской Германии уголовники массой пошли в фашистские организации — в штурмовые и эсэсовские отряды. В США гангстерские банды широко используются для насилий над рабочими, неграми, прогрессивными деятелями.

При характеристике классов и прослоек капиталистического общества следует учитывать также различия внутри них. Особенно существенны различия между монополистической и немонополистической буржуазией (а в колониях — между национальной буржуазией и теми ее слоями, которые являются сообщниками колонизаторов). Эти различия, углубившиеся в наши дни, играют, как мы еще увидим, большую роль в политической жизни современного буржуазного общества.

Таким образом, буржуазное общество представляет собой чрезвычайно сложную и многообразную картину классовых различий и отношений. Ясное понимание их является непременным условием правильной политики и тактики рабочего класса и его партий. Но не менее важно видеть за всем этим многообразием главное классовое противоречие буржуазного общества — антагонистическое противоречие между рабочим классом и буржуазией. Под углом зрения этого противоречия надо подходить ко всем общественным явлениям. Какие бы изменения ни претерпевал капитализм, как бы ни усложнялась его классовая структура и взаимоотношения между классами, он остается эксплуататорским обществом. А в таком обществе главными в отношениях между классами остаются отношения непримиримой борьбы между эксплуатируемыми и эксплуататорами.

www.ahmerov.com


Смотрите также