1 2 3 4
 
  • Почему не тянет двигатель ВАЗ 2114?
    Список возможных причин
  • Почему не работает панель приборов ВАЗ 2114?
    Массовая проблема нашего автопрома
  • Подбираем размер дисков на ВАЗ 2114. Что нужно учитывать при выборе?
  • Что делать, если руль бьет на малой скорости или при торможении?

© Мелещонко А. К„ 2005, 2010 © Издатель Паливода А. В., 2005, 2010 ©Лада Холошо (обложна), 2005, 2010. Лада холошо


© Мелещонко А. К„ 2005, 2010 © Издатель Паливода А. В., 2005, 2010 ©Лада Холошо (обложна), 2005, 2010 - Документ

С 1992 года, который сама Елизавета называет "годом ужасным" (к разводам старших сыновей добавились большие убытки от сильного пожара Виндзорского замка, загородной резиденции английской короны), началась практика регулярных встреч членов королевской семьи и их со­ветников в рамках комитета под условным названием "Путь вперед". Основная идея этих встреч состоит в том, чтобы рассмотреть те проблемы, которые без внимания к ним могут усложниться, и своевременно опре­делить свои позиции, если эти проблемы будут затронуты министрами правящего кабинета.

Букингемский дворец - главная резиденция британских монархов в Лондоне - отказывается объявлять о том, что выносится на обсужде­ние королевского комитета, считая его заседания такими же конфи­денциальными, как и еженедельные аудиенции премьера у монарха. "Стоит заметить, - немногословно среагировал на эту особенность официальный представитель дворца, - что одной из причин того, что мо­нархия существует больше тысячи лет, является ее способность адапти­роваться и в случае нужды изменяться, сохраняя при этом потрясаю­щую выдержку, которую предоставляет ей народ".

Действительно, тысячелетняя монархия, хотя и может показаться сегодня анахронизмом, в XX веке, похоже, сыграла для Великобритании очень по­ложительную роль-своеобразного сдерживающего фактора, который уберег страну от политического экстремизма, принявшего, по словам британ­ской печати, в некоторых других государствах формы фашизма или коммунизма. Однако это в прошлом. В будущем, чтобы сберечь эту роль, как это не кажется парадоксальным, двор должен заглянуть и в прошлое, чтобы рассмотреть традиции, которые, возможно, стали бал­ластом и потенциально могут помешать монархии в ее движении вперед.

Так, эксперты по конституционным вопросам давно призывают к внесе­нию изменений в Акт о престолонаследовании 1701 года, закрепивший англий­ский престол за протестантами и запрещающий браки с католиками. Действие этого Акта, правомочность которого теперь поддается сомнению даже при дворе, рассматривается английскими католиками как обида или, по крайней мере, как анахронизм. Еще в 1995 году королева продемонстри­ровала беспрецедентное желание наладить отношения с католической церковью. Она посетила католическую службу в Вестминстерском соборе и впервые назначила католического священника одним из своих капелланов.

Не исключено, что эта реформа пользуется поддержкой принца Чарльза, который неоднократно говорил о том, что монарх, как это ему видится, должен быть защитником не только протестантской (государственной) веры, но и веры вообще, а значит, и британских подданных, исповедующих другие религии. Под сомнение ставится и порядок, при котором британский монарх является светским главой англиканской (протестантской) церкви.

В таком же реформистском ключе решается болезненный для англий­ской короны "ольстерский вопрос". Вследствие новых подходов католичес­кая и протестантская стороны в Белфасте стали более толерантными друг к другу, а Северная Ирландия получила невиданную автономию.

Существуют разные мнения относительно уже осуществленных реформ и еще только запланированных изменений. По мнению лорда Блейка, истори­ка-консерватора, монархия пережила намного худшие времена, нежели временный период непопулярности, вызванный деяльностью младших пред­ставителей королевской семьи; следовательно, нет нужды изменять инсти­тут, работавший веками. А по словам одного из ведущих его оппонентов, лейбористского парламентария Алана Уильямса, "все это не более, чем игра на публику, и еще один признак отчаяния, охватившего двор. Это паника, а не конституционная эволюция. Принца Чарльза охватывает ужас от одной мысли, что народ не примет его". Действительно, сначала скандальный раз­вод с принцессой Уэльской Дианой, а после ее смерти навязывание нации в качестве своей подруги Камиллы Паркер-Боулз не прибавляет авторитета монархии, претендующей также на то, чтобы показывать подданным при­меры высоконравственного поведения.

Кое-кто считает, что Виндзорской династии необходимо свежее симпатич­ное лицо. Им вполне может стать старший сын Чарльза и Дианы принц Уильям. Поговаривают, что он унаследовал лучшие черты своих родителей: привлекательную внешность матери и интеллектуальную чувственность отца. Высокий голубоглазый блондин, он стал мечтой для тысяч молодых англича- I к ж, которые заваливают его мешками с письмами. После смерти принцессы J (и. и н .1 образовался пока что не заполненный своеобразный вакуум "красоты Mi и н vi« к -1 и" и хмуром кругу ближайшего окружения королевы. Это проблема, н н 11) »vi«111 'Mi .vi I к! может игнорировать. Средний возраст членов королевской |»'Mi ,и 1,11 ii), л р( 'нультаты опросов общественного мнения вовсе не говорят <> к im. чн) люди младше 25 лет слишком заботятся о сохранении монархии. I ii I (можно, именно Уильям внесет перелом в настроения населения и станет и 'МI;; 1мым спасителем и новой опорой династии.

Как известно, женщины рода Виндзоров славятся своим долголетн­им 11о будем замахиваться на многое, а предположим, что Елизавета II будет царствовать еще лет двадцать. Потом она просто может отказаться от короны, если придворные обязанности покажутся ей слишком обреме­нительными. И тогда она окажется перед выбором: кому передать трон- старшему сыну Чарльзу, которому к тому времени уже будет за 70, или внуку, который достигнет к тому времени идеального возраста для вступления на престол - 37 лет. Считается, что вероятный выбор в комментариях не нуждается...

Пока же молодой принц закончил учиться в элитном колледже Итоне вблизи Виндзорского замка, ему делают многочисленные поблажки. На год раньше положенного срока выдали водительские права, разрешили общать­ся (правда, с полного одобрения и под бдительным надзором) с довольно широким кругом сверстниц, оперативно отсекая великосветских наркоманок и девиц, подхвативших плебейские привычки.

После долгих колебаний и уговоров королева Елизавета И разрешила любимому внуку встретить 2000 год в компании друзей на грандиозной вечеринке в Виндзорском замке. Основной тон средств массовой информации был таков: "Счастливого Нового года, Британия! Пусть исполнятся твои надежды и мечты!"

РОССИЯ:

НОВОЕ ПОКОЛЕНИЕ ВЫБИРАЕТ П...

Эпоха Б. Ельцина, возглавлявшего Россию в 90 годах XX века, после 26 марта 2000 года стала историей. Новым лидером страны, вторым демократически избранным президентом стал последний "фаворит" "царя Бориса" - бывший чекист Владимир Путин. Хотя российским независи­мым СМИ процедура передачи власти категорически не понравилась, поскольку не имела ничего общего с демократией, тем не менее после "восседания" в кремлевском кабинете № 1 и.о. президента имел более чем 60-процентный рейтинг.

Главная задача Владимира Владимировича состояла в том, чтобы до дня выборов не растерять доверие электората и опередить лидеров КПРФ, ЛДПР, "Яблока" и других политических партий и движений.

Анализ модели показывает, что этому политику необходима само­достаточность, которая убережет его от шараханий из одной политичес­кой силы к другой и станет своего рода беспроигрышной лотереей.

Судя по результатам выборов, "кандидат в президенты номер один" хорошо понимал это и без подсказки имиджмейкеров. Он "на полную катушку" использовал вторую чеченскую войну для преобразования в массовом сознании образа экс-резидента КГБ в спасителя России и знамя национальной идеи. Свыше 53% голосов на президентских вы­борах стали ему наградой за прагматизм и самостоятельность. Еще ранее к его ногам бросили свои знамена многоопытные Ю. Лужков, Е. Примаков и М. Шаймиев, амбициозный Н. Михалков вместе со всей российской слабовольной интеллигенцией.

Но вот какая любопытная штука оказалась. В свое время один умный человек точно подметил, что брожение умов-это верный признак их отсут­ствия. Результаты нескольких последних социологических опросов показали, чю избиратели в бюллетенях отмечали фамилию на букву "П" по диамет­рально противоположным причинам. 39% россиян проголосовали в ожида­нии і.милі.і попиіичоского курса страны. Почти столько же-36%~голосо- илпи ,і»і пршім< імріїносл. ионношной и внутренней политике. Оставшаяся чшипрп. паї млпііин лік и ниопрндолилась.

(ioomi н н. и и дані 1ыи (; рплуї п .і аі ом, ко і орый набрал на выборах В.Путин, Mi DIU И ) (;ДН1 in II. Iii .ІЛОД і) 11 ЇМ, ЧIО t)OJ інше одной трети российского электо- ра і а л л к к х >мала за сн<) 11 к >о каї їй і аі іистическое будущее страны, в то время как больше одной трети избирателей отдали свои голоса за не менее снетлое коммунистическое прошлое.

Владимир Владимирович стал по сути универсальным кандидатом, которому выдали авансы почти все группы населения и элитарные кланы.

Но политические долги сразу всем он не сможет вернуть - кто-то останется за бортом. Поэтому решать, с кем считаться, а с кем нет, будет сам президент.

Уже из подбора новых кадров и в администрации президента, и в правительстве мы узнаем (или начнем догадываться) об избранной стратегической линии. Владимиру Путину в наследство досталась страна с трудно реформируемой экономикой, которая в основном держится на экспорте нефти и газа. Если в придачу к этому добавить огромные имперские амбиции, традиционные для России, то перед новым президен­том, как перед русским витязем на распутье у известного камня, открывается достаточно много путей преобразования Родины.

Можно заняться юридическим выравниванием в правах субъектов федерации, чтобы конституция исполнялась во всех уголках страны. Без этого трудно себе представить прочность нынешних государствен­ных границ России в обозримом будущем.

Не менее важны для России экономические реформы. Надо что-то делать со старой моделью экономики, с философией нефтяной трубы, с теми отраслями и предприятиями, которые не производят пользующегося спросом товара.

В то же время некоторые эксперты считают, что страна дозрела для того, чтобы снизить социальную цену реформ. Это не означает дополни­тельной поддержки деньгами и льготами всех подряд. Скорее наоборот- наведение порядка в выплате зарплат, увеличение доли расчетов "живы­ми" деньгами и постепенное повышение реальных доходов населения.

Модернизации экономики "по-китайски" (титанические усилия всей страны, сверхжесткая экономия и отказ на некоторое время от больших амбиций во внешней политике) воспрепятствует в первую очередь российская элита, которая хочет все и сразу. В. Путин не может полностью пристать к одному из лагерей - это означает погнаться за фантомом.

Путин-прагматик выберет, скорее всего, свой собственный вариант. Вынужденный безусловно рассчитаться с природными монополиями РАО "Газпром", "Единые энергосистемы России" и пр., которые посодей­ствовали его победе, он в то же время вряд ли позволит вседозволен­ность в "своем" государстве. Во всяком случае, в своих первых интер­вью после выборов он обещал разобраться с олигархами.

Вторым фактором, который фактически привел В.Путина к победе, являются силовые структуры. По словам Владимира Владимировича, самые ответственные посты в стране будут занимать представители спец­служб. Это испытанные люди, и они точно не подведут, пояснил он. Подобные заявления уже успели вызвать переполох в США.

Следовательно, нельзя полностью исключить возможность "пиночети- зации" страны. Общество в России по-прежнему превратно понимает, что такое сильная власть. Поэтому у любого действующего главы государства сохраняется искушение испробовать модель прямого президентского правления в нестабильных регионах, резко ограничить права губернаторов, посадить в тюрьму ряд известных всей стране фигур. Большинству населения такие действия, увы, понравятся.

Что касается путинского перевеса над Г. Зюгановым и электората ком­партии (это по-прежнемутреть населения), то вряд ли В. Путин будет считать­ся с КПРФ больше, чем его предшественник. Четыре года назад Б. Ельцина и главного коммуниста страны разделяли каких-то 3 %, а центральные и южные районы России стали называться "красным поясом". Сегодня 23% проигрыш Г Зюганова - и даже в традиционных вотчинах КПРФ - позволил политологам говорить о возникновении на месте "красного пояса" "черного пояса дзюдо" В. Путина, который увлекается спортивными единоборствами.

Президентские выборы в России зафиксировали еще один интерес­ный момент. Если почти 40% населения страны желает нового курса, это означает, что у народа есть моральные и физические силы пережить новые потрясения, которыми по определению сопровождается любая кардинальная смена вех. Воистину, долготерпение - одна из существен­ных складовых славянского менталитета.

Но это все касается россиян. А чего ждать от нового президента со­седям России, и в первую очередь, конечно, Украине?

У В. Путина нет с большинством руководителей стран СНГ общего партийно-политического прошлого. Зато, похоже, - бурное политико-эконо­мическое будущее. И к этому надо быть готовым.

Нппдимир Путин, ставший с января 2000 года председателем Совета мїиміог.удлрстм СНГ, в ближайшей перспективе в силу своего прагматиз­ма Пудгм доииваться от всех государств Содружества выплаты большей части долгов России. В отдаленной перспективе Россия будет стремиться если не к территориальному присоединению этих стран, то хотя бы к эконо­мическому контролю.

В отношении Украины Кремль также проявит больший прагматизм. : )нлргоносители больше не будут поставляться в долг, как старому другу. Украинский политический истеблишмент, привыкший жить в эпоху I >. I льцина "плачем Ярославны", вынужден начинать новую жизнь в со- (ииотствии с прагматической логикой. Для России и Украины наступает сноего рода "момент истины", когда наконец-то станет понятно, выгодно ли Украине граничить с Россией и называть ее стратегическим партнером. Точно так же и России станет ясно, выгодно ли граничить с Украиной. Знаменитая фраза Б. Ельцина о том, что каждый россиянин должен по утрам просыпаться с мыслью, что он сделал для Украины, останется не более, чем историческим курьезом.

uchebana5.ru

© Мелещонко А. К„ 2005, 2010 © Издатель Паливода А. В., 2005, 2010 ©Лада Холошо (обложна), 2005, 2010 - Документ

Фламандцы решили из экономии слить структуры региона Фландрии и фламандского языкового сообщества. Депутаты, избранные от брюс­сельских фламандцев, одновременно стали заседать в парламентах Фландрии и столичного региона. Таким образом, у всех фламандцев теперь одно правительство и один парламент.

Франкофоны остались разобщены, потому что франкоговорящие брюссельцы не считают себя валлонами. Власти региона Валлонии с центром в Намюре отвечают за франкоязычную часть страны без Брюсселя и немецкие общины, а власти французского языкового сообщества с центром в Брюсселе - за Валлонию без немецких общин и за 80% на­селения Брюсселя.

Манифест Ван ден Брандебыл преподнесен франкофонам как "инфор­мация к размышлению" до 1999 года. Именно тогда единая европейская валюта "евро" заменила нынешние деньги, в том числе и бельгийские франки, устойчивость которых людям нравилась. Но что тогда взамен у бельгийцев осталось общего, кроме короля? Две вещи, по мнению политолога Свобод­ного университета Брюсселя Криса Десхауэра: государственный долг (ныне 130% валового национального продукта) и... Брюссель. Но если государственный долг при большом желании можно поделить, и это скорее техническая проблема, то с Брюсселем сложнее. Либо одна, либо другая сторона должна будет отказаться от него. Но, говорят специалисты, объективно Фландрия не может поглотить Брюссель. Субъективно она не может от него отказаться. Поэтому в проекте конституции Фландрии предлагается для начала превратить Бельгию в федерацию Фландрии и Валлонии, а им подчинить на правах совместного управления две территории: Брюс­сель и немецкоязычный район.

Сторонников сохранения Бельгии, как фламандских, так и франкофон- ских, беспокоят не столько тенденции к разделу финансов, налоговых и других государственных служб, сколько продолжающееся культурное обо­собление. Практически никто из франкофонов не читает газет на фламанд­ском языке, и наоборот. Мало кто из фламандцев включает каналы теле­видения, вещающие по-французски. А это не только язык, но и идеи, пропагандируемые политическими элитами регионов и сообществ. Из франко­язычных газет немного можно узнать о жизни во Фландрии.

Тот же недостаток у фламандской прессы. Продолжает делиться то, что еще оставалось неразделенным в первые годы после федерализации, С 1995 года последняя двуязычная провинция Брабант разделилась на фламандскую и французскую части.

Франкофоны борются за права франкоговорящего меньшинства в 19 при­городных общинах Брюсселя, входящих во Фландрию. А власти Фландрии отключают эти общины от франкоязычных каналов кабельного телевиде­ния, вводят льготы для фламандцев на получение дешевого "социального" жилья в пригородной зоне.

Граница перерезала даже городок Свободного университета Брюсселя. Теперь там соседствуют два совершенно разных университета - фла­мандский и франкофонский.

Разделение зашло так далеко, что многим пригрезился было "бархат­ный" развод по-чехословацки. Но ситуации очень трудно сравнивать. Чехия и Словакия до объединения уже побывали самостоятельными госу­дарствами. Не нужно было определять государственную границу между ними, каждая из них имела свою столицу, причем в населении Праги не преобпадали словаки. В Бельгии все наоборот Поэтому пессимисты считают, что если развод будет затеян, то не исключен косовский или боснийский сценарий.

Вариант присоединения к Франции привлекает валлонов не более, чем фламандцев слияние с Нидерландами. Несмотря на разные языки, бельгийцы - это нация. В менталитете фламандца-католика больше общего с единоверцем-валлоном, чем с протестантом-голландцем, с которым они говорят практически на одном языке. Валлонов и тем более брюссель­ских франкофонов мало привлекает перспектива пойти на правах бедных род­ственников к французам. Хотя на крайний случай такой вариант имеют в виду: лучше быть провинцией у Парижа, чем подопечными у нынешних соотечественников, вообразивших себя людьми более высокого качества.

Как и везде, страсти нагнетают политики. Хотя и в их числе сторонники "развода" не имеют большинства. Инициатива принадлежит фламандцам. Здесь даже шутят, что в Бельгии живут две нации - фламандская и бельгийская. Судя по недавнему социологическому опросу, за раздел Бельгии ратуют только 11 % респондентов во Фландрии и по 3% в Валлонии и Брюсселе. Правда, если 45% франкофонов считают, что надо вернуться к унитарному государству, то их поддерживают только 14% жителей Фландрии.

Фламандские политики не произносят слов о ликвидации Бельгии. Они говорят о конфедерации. Но конфедерация, примеров которой в со­временной практике не осталось, ~ это объединение независимых госу­дарств, отказавшихся от суверенитета в ограниченных сферах в пользу совместных органов. То есть для создания конфедерации Бельгия должна сначала разделиться. Но если раздел произойдет, вряд ли политические элиты захотят добровольно ограничить суверенитет, которого они так долго добивались. Не случайно бельгийская корона осудила "замаскирован­ные формы сепаратизма".

ИСПАНИЯ ^иРенеях есть область, представители которой

никогда не забывают напомнить о своей "избранности". Действительно, Каталония, объединяющая четыре провинции на северо- востоке стране - Барселону, Таррагону, Жерону и Лериду, - самая раз­витая в промышленном, экономическом, культурном и социальном отношении область Испании. Здесь проживает немногим болем 6 мил­лионов человек, то есть 17% населения страны. Каталония дает госу­дарству половину продукции химической и четверть продукции метал­лообрабатывающей промышленности. Барселона иТаррагона известны как крупные порты Испании и центры текстильной промышленности. Каталония, в конце концов, большой финансовый центр. Ее банки постоянно и довольно успешно соперничают с банками Мадрида за финансовый рынок, В отличие от других районов Испании у Каталонии более высокий уровень жизни и более высокая культура. Далеко за пределами страны известны имена таких каталонцев, как художники Сальвадор Дали, Жоан Миро, Антони Тапиес, композитор Пабло Касальс, создавший гимн ООН, примадонна мировой оперы Монтсеррат Кабальне, один из лучших теноров мира Хосе Карерас.

На все это накладывается и исторический фактор: борьба, которую вели каталонцы за свою независимость почти 8 столетий, прежде чем они добились нынешнего автономного статуса, предоставленного 11 января 1980 года.

Но главе автономного правительства Каталонии Жорди Пужолю мало широких прав, предоставленных его землякам. Несмотря на то, что область уже сейчас занимает положение "государства в государстве", а сам он играет роль "серого кардинала", способного отправить в отставку любой правящий кабинет (как это случилось с правительством социали­стов во главе с Фелипе Гонсалесом), Жорди Пужоль стремится до­биваться все больших политических, экономических и культурних прав для своего правительства и Каталонии. Подчеркивая исключительность своей культуры и языка, он везде разговаривает по-каталонски. И, как от­кровенно признаются испанские журналисты, на пресс-конференциях в Мадриде они очень часто чувствуют себя неудобно, когда Пужоль общается с ними через переводчика. Характерным является и то, что националистические тенденции разделяет не только власть, но и многие каталонцы.

Пока что действующим правительствам и Народной, и Социалисти­ческой партий удавалось успешно отбиваться от многочисленных пре­тензий каталонских сепаратистов, поскольку эти требования выходят за границы министерских полномочий и противоречат конституции.

ИТАЛИЯ В это^ стРане очень схожая ситуация с Бельгией.

Апеннинский политик Умберто Босси, руководитель "Лиги Спнера", хочет отделить развитый Север от отсталого Юга и образовать росму(шику Падания с собственной валютой, полицией, банковской и судпГшой системами ит. д. Президент Италии Оскар Луиджи Скальфаро опршинсм к парламенту страны со специальным посланием, в котором заилил, ч!о демократия не должна бояться применить уголовный кодокс, коїда речь заходит о нарушениях закона. Следует отметить, ч і о сам факт отправки такого послания - вещь очень редкая в истории Иіальянской Республики. Нынешний глава государства воспользовался этим конституционным правом впервые со времени свого избрания на эту должность в 1982 году.

сЪрднпия Континентальный гигант не может обойтись без небольшого 4 островка. Зато какого - Корсики! Родина Наполеона еще со времен Средневековья боролась сначала с итальянскими захватчи­ками, а телер не прочь "развестись" с французами. Однако официальный Париж даже в мыслях не допускает остаться без земли, которая подарила французам великого императора. Потому на континенте терпят антиконсти­туционные выходки горячих корсиканцев, которые дают волю своим патрио­тическим чувствам в виде поджогов, баррикад, взрывов. На каждый экс­цесс Париж отвечает очередным расширением автономних прав Корсики.

ШОТЛАНДИЯВ мае года в ШотланДии впервые за 300 лет британские подданные, проживающие в данной части Соединенного Королевства, смогли выбрать собственный парламент. На открытии его первого заседания Елизавете II и принцам довелось пере­жить несколько неприятных минут. Вместо британского государственного гимна "Боже, храни королеву" была исполнена песня на стихи знаменитого шотландского поэта Роберта Бернса "За что человека называют человеком", воспевающая любовь к свободе и общему равенству. Берне высмеял в ней слепое преклонение перед аристократическими титулами и королев­скими регалиями. Эта песня давно стала гимном шотландских борцов за независимость. В едином порыве последние строки подхватил весь зал. Британская пресса расценила исполнение песни Бернса как публич­ную пощечину королевской семье. Шотландский парламент дал понять, что не будет отказываться от идеи независимости.

УЭЛЬС Эта территория исстари была верным союзником Англии.

Но если постараться, то и терпеливих валлийцев можно вы­вести на улицы. Поводов к этому может быть два - пренебрежение валлийским языком и повсеместное закрытие нерентабельних шахт в этом крае, что грозит массовой безработицей.

СЕВЕРНАЯ Мир в многострадальном Ольстере заслуживает отдел ь- ИРЛАНДИЯ ного разговора - большого и серьезного. Пока же от­метим, что примирение сторон (не говоря уже о широкой автономии или даже отделении) происходит очень тяжело.

КАК "ОСЕДЛАТЬ" Основные надежды связываются

ВОЛНУ ЕВРОПЕЙСКОГО с Европейским Союзом, которому раскол

СЕПАРАТИЗМА государств - его составляющих единиц - совсем ни к чему. Если признать независимость Фландрии, то как по­мешать отделению Каталонии и Страны Басков от Испании, Падании от Италии, Баварии от ФРГ? Не следует забывать и о Шотландии, Уэльсе, Северной Ирландии... Тогда на карту будут поставлены сами основы Евросоюза, и он может просто умереть - путем "бархатных" разводов либо с кровью.

ИНДИЯ-ПАКИСТАН: ВОЙНА ЗА КАШМИР

Три месяца, начиная с мая 1999 года, продолжались боевые действия между Индией и Пакистаном за пограничный штат Кашмир. Это уже четвер­тая война после 1947 года, когда осуществилась мечта Мусульманской лиги о создании отдельного исламского государства Пакистан - "Страны чистых".

В раздел великой Индии был положен религиозный принцип, что являет­ся беспрецедентным случаем в истории. Этот раздел не учитывал ни нацио­нальных, ни культурных отношений. При этом нарушались и простые чело­веческие, семейные связи. Радикально настроенные политики подогревали взаимное недоверие индусов и мусульман. К тому же так получилось, что почти все индийские и пакистанские руководители происходили из двух пограничных штатов, которые постоянно оспариваются этими со­седними странами, - Кашмира и Пенджаба. Неру являются потомствен­ными кашмирскими аристократами, а Наваз Шариф, прежде чем стать па­кистанским премьером, был губернатором Пенджаба. В итоге присоеди­нение кашмирской территории, где в 1947 году мусульмане составляли большинство населения, стало для обеих сторон делом не только нацио­нальной, но и семейной чести. Зульфикар Али Бхутто, который 19 лет пре­бывал в должности премьер-министра Пакистана, пока его в 1979 году не повесил диктатор Зия-уль-Хак, всегда повторял, что "без Кашмира Пакистан-словнотело без головы". После войн 1947,1965 и 1971 годов была проведена демаркационная линия, согласно которой Пакистану от­водилась лишь треть, а Индии - две трети спорного штата.

Однако этот территориальный компромисс не предотвратил новую войну, которой весь мир опасался больше, нежели всех трех предыдущих войн, вместе взятых. Индия и Пакистан, не спросив разрешения ведущих держав, вошли в своеобразный ядерный клуб. И хотя нынешнее, самое большое за почти 30 последних лет, противостояние закончилось с относительно малыми потерями, возможность новой, более глобальной войны исключить нельзя. Эти страны обречены воевать на собственной территории, а значит, цена такого конфликта возрастает на порядок и оправдывает применение всего набора военных средств, которые есть в наличии у сторон. Поэтому именно в Южной Азии сегодня существует самая большая на нашей пла­нете опасность ядерной войны.

Оба противника хорошо вооружены, имея в своем общем арсенале, по разным оценкам, около 100 ядерных бомб, и, конечно, носители для них, включая стратегическую авиацию и ракеты средней дальности. В подобных условиях противостояние этих ядерных государств не идет ни в какое сравнение, например, с "холодной войной" между СССР и США. Ведь тогда обе стороны придерживались определенных правил игры, а военные действия, за редким исключением, протекали в странах "третьего мира", далеко от их собственных границ. Кроме того, это были войны за влияние и власть в мире, а не за выживание.

После исчезновения с политической карты мира Советского Союза и соответственного сокращения в Азии военного присутствия США не только Индия с Пакистаном, но и Китай с Тайванем, обе Кореи, а также Япония, по мнению многих политиков, стремятся заполнить вакуум силы, образовавшийся в регионе.

Осознание опасности ракетно-ядерной гонки заставляет самые большие страны мира отказываться от собственных догматических установок под­держки в любой ситуации лишь своих внешнеполитических союзников. Так, во время визита пакистанского премьера Наваза Шарифа в Москву в апреле 1999 года, первого за последнюю четверть века, его очень тепло приняли, что было невозможно во времена "холодной войны", когда СССР поддерживал Индию, а США - Пакистан. А уже в ходе индийско- пакистанских боевых действий Соединенные Штаты Америки жестко осу­дили исламских экстремистов, дав понять Навазу Шарифу, что "самодея­тельные партизаны" должны быть выведены с территории индийского Кашмира. Все попытки Пакистана получить от США поддержку провали­лись. США даже отказались от многолетней традиции поддержки афган­ских талибов, которые, поданным индийской стороны, также сражались в Кашмире.

Однако, несмотря на все усилия международного сообщества, полностью предотвратить опасность вооруженного конфликта не удается. И хотя индуист Атал Бихари Ваджпайи в Индии не устает утверждать, что от­носится к мусульманину Навазу Шарифу с уважением и что "большая" война между двумя странами невозможна, мир встревожен ядерным по­тенциалом, который может быть пущен в ход. Остается лишь надеяться, что здравый смысл окажется сильнее семейной или религиозной гордыни.

uchebana5.ru

© Мелещонко А. К„ 2005, 2010 © Издатель Паливода А. В., 2005, 2010 ©Лада Холошо (обложна), 2005, 2010 - Документ

ПРИЗРАК АПОКАЛИПСИСА НА ИНДО-ПАКИСТАНСКОЙ ГРАНИЦЕ

Отдельные перестрелки на индо-пакистанской границе уже давно превратились в массированные артиллерийские дуэли и авиационные налеты. Это продолжается воспетый еще Высоцким инцидент держав- соседей - спор за земли разделенного между двумя странами штата Кашмир. Начало перманентным боевым действиям положил беспреце­дентный в мировой истории раздел колониальной Индии по религиозно­му признаку. Чтобы понять, как подобное стало возможным, следует вернуться более чем на полстолетия назад, когда набирал силу процесс демонтажа английской колониальной империи.

. Перед уходом уполномоченные британской короны долго ломали го­ловы над тем, кому передать бразды правления в этой гигантской, на­селенной разными народами стране? При этом, естественно, не забыва­лись традиционные интересы Альбиона. В результате "мозгового штурма" родился план, согласно которому предполагалось оставить в Дели до­вольно слабое федеральное правительство, а сам субконтинент разделить натри группы провинций в составе единого государства.

Первая группа ("А") должна была включать регионы с преимуществен­но индуистским населением. Вторая группа ("В") могла бы объединить мусульманские части бывшей Британской Индии. Третья группа ("С"), вопреки всяческой логике, предлагала общежитие как мусульманской Бенгалии, так и индуистскому Ассаму. Предполагалось, что правительства этих сек­торов будут автономны во всем, кроме тех функций, которые делегирова­лись центру (дипломатия, транспорт, вопросы обороны). При этом были проигнорированы интересы сикхов, которых британцы включили в... му­сульманский сектор. А ведь даже начинающие политики и дипломаты хорошо знали, что жесточайшие гонения сикских гуру во времена Великих Моголов не могли не вызвать ненависть этого народа к приверженцам Корана. Все решили и за тамилов Шри-Ланки, которых отнесли в индуист­ский сектор. (Впоследствии, заметим, данное политическое решение спо­собствовало разжиганию террористической деятельности в стране, апо­феозом которой стало убийство двух индийских премьеров - Индиры Ганди и ее сына Раджива).

Плану англичан, однако, воспрепятствовали две силы: могуществен­ный Индийский национальный конгресс (ИНК), руководимый Джавахар- лалом Неру, и лига "Мусульманский конгресс", возглавляемая ислам­ским политическим деятелем Джинной. Поначалу обе партии вроде бы согласились с бывшими колонизаторами, но неожиданно в 1946 году Неру встал на дыбы. По его мнению, Индия должна была оставаться единой, но под жестким руководством ИНК. Мусульмане тоже пошли на попятный, и идея федеративного государства оказалась похороненной. Моментально вспыхнул целый ряд кровавых национальных стычек, в ходе которых погибли тысячи людей.

В 1947 году в Индию прибыл новый вице-король-лорд Маунтбаттен. В его задачу входило организовать передачу Индии "в надежные руки". Причем не позднее июня 1948 года. Сроки поджимали. Увидев, что Индия стоит на пороге кровавой гражданской войны, а единственная сдержива­ющая сила - английские войска - должны были вот-вот выведены, вице- король решился резать по-живому: пойти на создание на территории бывшей колонии не одного, а двух государств, различающихся главным образом по религиозному признаку. Именно таким образом в августе 1947 года на политической карте мира возникли независимые Индия и Пакистан ("Страна чистых"). При этом штаты Бенгалия, Кашмир и Пенджаб были разделены весьма приблизительно, что и послужило причиной всех про­шлых и сегодняшних конфликтов.

В октябре того же года вспыхнула первая индо-пакистанская война: магараджа Кашмира, индус по вероисповеданию, обратился к Дели за помощью в борьбе против исламских повстанцев, требовавших при­соединения к Пакистану. Через два года затяжных и упорных пригранич­ных боев обе стороны подписали соглашение о прекращении огня.

Боевые действия объективно подвели обе стороны к мысли о все­мерном укреплении своих армий. В Индии этот процесс привел к исполь­зованию батальонов и рот для поддержания гражданского мира внутри страны, для борьбы с сепаратистами и террористами, для противостояния соседям-мусульманам. В Пакистане же армия взяла под свой контроль все общество: по мнению местного журнала "Ньюз Лайн", в стране "со­творить премьер-министра столь же легко, как и отстранить от власти". В "большой тройке", где всем заправляет начальник штаба сухопутных войск, а президент выполняет во многом чисто представительские функции, возможности премьер-министра весьма ограниченны. А спрос с главы правитепьства всегда большой. И, конечно, одним из главных испыта­ний остается проводимая политика в отношении Кашмира - высокогор­ной провинции (5 тыс. метров над уровнем моря), занимающей северо­западную часть Индии и северную часть Пакистана на стыке Гималаев и Тибета с мусульманским (60%) и индуистским населением (40%).

Всякий раз, когда в "кашмирском" вопросе гражданское правитель­ство, по мнению военных, колебалось или, что еще хуже, проявляло уступки, к власти приходила армия. Недаром Пакистан во всем мире давно называют "страной военных переворотов". Исповедуемая странами- соседями силовая политика привела в сентябре 1965 года ко второй индо- пакистанской войне, формальной причиной которой стал очередной при­граничный инцидент.

Тогда же, в середине 1960 годов, эскалация вооружений в этом районе Южной Азии получила новое развитие: соседний Китай провел первые испытания ядерных зарядов. Учитывая, что Пекин никогда ничего не скрывал от Исламабада, в Дели начали опасаться, что с возможным обретением Пакистаном атомной бомбы Индия может оказаться "зажатой" с двух сторон недружественными ядерными державами. В качестве ответной меры Индия приступила к разработке собственной ядерной про­граммы, первым результатом которой стало испытание в 1974 году ядер­ного устройства "Смеющийся Будда". Как только об этом стало известно, свою ядерную программу - конечно, с помощью китайских специали­стов- начал осуществлять и Пакистан.

В декабре 1971 года Индия и Пакистан воевали в третий раз-на сей раз из-за Бангладеш, которую каждая сторона "видела" только в составе своего государства. Когда эта политика окончилась провалом, боевые действия возобновились в Кашмире. И только в июле 1972 года было подписано соглашение по установлению линии фактического контроля. Было решено, что одна треть Кашмира (север и запад площадью 70 тыс. кв. метров и населением 3 млн. человек.) переходит под управление Исламабада, две трети (восток и юг площадью 150 тыс. кв. метров и населением 9 млн. человек.) - Дели.

Проведенная индо-пакистанская граница, не учитывающая ни нацио­нальных, ни культурных связей, нарушила и простые человеческие, се­мейные отношения. Радикально настроенные политики подогревали взаимное недоверие индусов и мусульман.

Подобные взгляды и настроения не могут не учитывать лидеры обеих стран, среди которых найдется место не только мужчинам как традицион­ным политикам. Благодаря неотразимому личному обаянию и родственным связям политических высот достигли представительницы семейного клана Ганди, а также "первая красавица Азии" Беназир Бхутто.

Моральный авторитет Индиры Ганди был настолько огромен, что ее сын Раджив после трагической гибели матери без особого труда занял высо­кий пост премьер-министра. Но после его расстрела террористами Индийский национальный конгресс выпустил инициативу из своих рук: кроме супруги Раджива Сони Ганди клан Неру не может выставить кан­дидатуры другого лидера, а с другими кланами Конгресс все последние 50 лет не связывается.

Конечно, у массы простых людей Соня Ганди вызывает симпатии из-за трагедии, постигшей семью, но у нее есть свои недостатки - нерод­ной хинди, например, что затрудняет полноценное общение с обычны­ми людьми во время агитационных поездок по округам. Индуистские фундаменталисты не могут простить ей итальянского происхождения, хотя в Индии вообще-то не принято открыто пенять человеку на его нацио­нальность. Один лишь "индийский Жириновский" - Тэкерей, лидер националистической партии Шив Сена, прямо высказал то, что многие думали про себя; "Если уж Индия должна управляться иностранцами, то пусть это будут англичане. По крайней мере, у них есть 200 лет опыта!"

После проигрыша в сентябре 1999 года на парламентских выборах Соня Ганди, очевидно, уступит лидерство в ИНК своей 27-летней дочери Приянке (время показало ошибочность этого утверждения. - Авт.). Верхушка Индийского национального конгресса, ослабленная внутрен­ними раздорами и обеспокоенная ростом настроений индуистского нацио­нализма, надеется, что правнучка Джавахарлала Неру и внучка Индиры Ганди вернет партии былую популярность. Ее индийская родословная безупречна, на хинди она говорит свободно. Конгрессисты утверждают, что она напоминает Индиру Ганди не только внешне, но и своим умением приковывать внимание аудитории, излагать свои мысли так, чтобы они были понятны даже неграмотному крестьянину.

Рвется к власти и пакистанская красавица 46-летняя Беназир Бухтто, уже дважды занимавшая пост премьер-министра страны. Влиятельнейший клан Бхутто за смерть ее отца Зульфикара Али отомстил Зия-уль-Хаку по принципу "око за око, зуб за зуб": во время одной из деловых поездок самолет, на борту которого находился диктатор, по неизвестной доселе причине буквально распался на куски. Обвинения в коррупции и финансо­вых махинациях, предъявленные ее мужу, министру внешнеэкономи­ческих связей Асифу Зардари, заставили Беназир временно распростить­ся с политической карьерой.

Пост премьера занял ее политический оппонент, бывший протеже Зия-уль-Хака Наваз Шариф. Неосторожно решивший лишить Беназир Бхутто депутатских полномочий, он получил в ответ пропагандистскую кампанию, которую разгневанная женщина и искушенный политик развернула нетолько в стране, но и за рубежом. Беназир называла Шарифа исламским фанати­ком, диктатором и даже фашистом. Поговаривают, что затравленный пре­мьер внес в парламент предложение сделать шариат основным законом страны именно для того, чтобы хоть как-то оградить себя от нападок. Только с отъездом Беназир Бхутто в Лондон он укрепил в стране свои позиции и решил окончательно разделаться с ненавистным политическим оппонентом, В апреле 1999 года Беназир Бхутто и ее супруг заочно были приговорены к тюремному заключению сроком на 5 лет, а также к штрафу в размере 8,6 миллиона долларов.

Именно весной 1999 года кашмирские боевики при активной поддержке пакистанских единоверцев захватили все господствующие высоты штата и установили контроль над основными транспортными коммуникациями. Для восстановления статус-кво Индия впервые за последние 20 лет вынужде­на была нанести авиаудары, так как обычным путем выкурить повстанцев с занимаемых позиций оказалось невозможным.

Неудача мусульман подорвала уважение к Навазу Шарифу в различ­ных слоях пакистанского общества. К тому же премьер целым рядом ошибочных действий настроил против себя пакистанский генералитет. А в "стране военных переворотов", чтобы не быть съеденным на обед, не рекомендуется гипотетического тигра дергать за усы. Самоуверенный бывший премьер убедился в этом на собственном печальном опыте. Новый военный диктатор генерал Первез Мушарраф обвиняет Наваза Шарифа в развале экономики, терроризме, уступках Индии в "кашмирском" вопросе и угрожает ему смертной казнью. И всяческие призывы мировой обществен­ности, в частности глав правительств Содружества, о помиловании осужден­ного, а заодно и восстановления в стране гражданского правления, похоже не очень задевают всесильных армейцев.

В этой связи мировое общественное мнение снова обратило внимание на ядерный потенциал Индии и Пакистана. Эти страны обречены воевать на собственной территории, а значит, цена такого конфликта возрастает на порядок и оправдывает применение всего набора военных средств, имеющегося у сторон.

Индии и Пакистану войти в ядерный клуб, хотя и без спроса, помог косовский конфликт. Он, с одной стороны, развязал руки странам, которые стремились решить свои проблемы силовыми методами, а другим государствам позволил отказаться от части ранее данных обещаний. В этом смысле огромное влияние на дальнейшую дезинтеграцию режимов нераспространения ядерного оружия окажет решение международного суда в Гааге по иску Югославии. Методология этого решения весьма любопытна: судьи сравнили действия каждой конкретной страны с объ­емом обязательств этой страны по международным договорам, участни­ком которых она является. Что же оказалось? Что правее всех США, страна, бравшая на себя минимум международных обязательств в области права войны, но наиболее активная в силовых акциях против Югославии. По сути так же поступили и Индия с Пакистаном. Они не подписывали Договор о нераспространении ядерного оружия. Значит, по логике Гаагского суда, приобретая ядерное оружие, они чисты перед международным законом. Но режим нераспространения был шире и объемнее договора, его основавшего. И это давало международному сообществу право на применение к этим странам санкций. Теперь США приняли логику на­рушителей режима нераспространения. Всем остальным дана отмашка - можно идти на старт. Индия и Пакистан просто демонстрируют свою спо­собность и желание первыми воспользоваться этой ситуацией.

Это опасная тенденция: новая война с применением ядерных бомб может покончить с земной цивилизацией на границе тысячелетий, оправдав тем самым библейские пророчества. А в Азии есть кому угрожать нажатием на кнопки в черных чемоданчиках: кроме Индии с Пакистаном, это и Китай с Тайванем, и две Кореи, да и Япония может посоревноваться за Куриль­ские острова... Достаточно сложные отношения у Дели с Пекином. Они прошли этап вооруженного пограничного конфликта в 1962 году, гроз­ное воздействие на них продолжает оказывать ядерная мощь Китая, который недавно осуществил 45 ядерный испытательный взрыв. Хочется верить- последний. Угроза для Индии, считает ее правительство, может исходить и от атомного подводного флота Китая, который в случае военного конфликта может достать ракетами Калькутту с ее 12-миллионным населением и беспре­пятственно поразить другие города в глубине индийской территории с позиций в Бенгальском заливе и Индийском океане.

Другой, не менее неприятный вариант развития событий, - передача Первезом Мушаррафом своему другу Усаме бен Ладену атомной бомбы. В таком случае угроза ядерного терроризма становится настолько реаль­ной, что руководители ЦРУ готовятся к вполне возможной оставке: ведь весь мир знает, кого арабский террорист провозгласил "врагом номер один".

Третья возможность, желательная для Запада, состоит в политическом и экономическом давлении на пакистанский генералитет с помощью больших кредитов, в которых Пакистан заинтересован как никогда. Однако послед­ние шаги Первеза Мушаррафа, который впервые в истории своей страны пошел на политический диалог с Израилем с целью самого тесного во­енного сотрудничества, свидетельствует о наращивании Исламабадом ядерных "мускулов". Что ж, США, которые во время "холодной войны" с СССР сделали все возможное для рождения пакистанского ядерного "монстра", стали жертвой собственной политики, своеобразными "за­ложниками" так называемого "эффекта бумеранга". Вполне вероятно, что для нового президента Соединенных Штатов Америки Пакистан станет таким же "моментом истины", как для Дж. Кеннеди - карибский кризис, для Р. Никсона - война во Вьетнаме, а для Дж. Буша и Б. Клинтона - "буря в пустыне" вблизи Персидского залива.

uchebana5.ru

© Мелещонко А. К„ 2005, 2010 © Издатель Паливода А. В., 2005, 2010 ©Лада Холошо (обложна), 2005, 2010

скачатьББК 63.3(0)6-8 М47

Мелещенко, А. К.

М47 Портретная галерея журналиста-международника / А. К. Мелещенко. - К.: ПАЛИВОДА А. В., 2010, - 216 с.

Первую книгу публицистики профессора Института журналистики Киевского национального университета имени Тараса Шевченко, члена Национального союза журналистов Украины А. К. Мелещенко составляют портретистика и обозрения, опубликованные в отечественных русскоязычных средствах мас­совой информации.

Предназначена журналистам, политологам, историкам, филологам, а также всем, кто интересуется очерченным кругом вопросов.

ББК 63.3(0)6-8

© Мелещонко А. К„ 2005, 2010 © Издатель Паливода А. В., 2005, 2010 ©Лада Холошо (обложна), 2005, 2010

^

С волнением выношу на суд читателей первую книгу публи­цистики. Казалось бы, причин для волнения нет: ведь автор за годы преподавания в университете издал самостоятельно либо в соавторстве больше десятка научных трудов - монографий, учебников, пособий, учебно-методических комплексов... И, тем не менее, первая книга публицистики является особенной. Она свидетельствует о том, что автор не утратил практической связи с редакциями, остался действующим журналистом, наряду с творчеством постигая глубины теории журналистики.

Это первая книга автора на русском языке. До этого был украинский. Отчасти выбор языка определен сотрудниче­ством автора с русскоязычными изданиями, отчасти тем, что русский язык автор любит также сильно, как и украинский. После этого, наверное, следует подумать и об издании на английском языке. Такова логика жизни. Основу книги публици­стики составили портреты и обозрения, в которых была сделана попытка познакомить читателя с ключевыми фигурами ушедшего XX века.

Первая книга публицистики - как первая любовь. По сути, то, что выносится на суд пристрастного читателя, являет­ся признанием автора в любви к журналистике, которая, пере­живая нынче нелегкие времена, являет миру и низкие образцы вранья и продажности, и вместе с тем - высокие образцы духовных свершений.

Именно таким высоким принципам журналистики автор пы­тается учить будущих журналистов, подавая пример того, как можно сегодня работать, не обязательно создавая жур­налистские материалы по чьему-либо заказу. Автор верит в то, что собственники СМИ, которые сегодня заставляют редакционных работников унижать свою честь и достоин­ство, изменять собственным убеждениям, нарушать профес­сиональную этику и совершать еще тысячу других грехов, рано или поздно освободят редакторские кресла. Все они - времен­щики, а что случалось в истории с таковыми, известно всем.

...Каждый год, принимая участие в торжественной церемо­нии посвящения в первокурсники, автор всматривается в юные лица, горящие глаза, вспоминает себя таким же и верит, что эти будущие работники пера, микрофона, телекамеры и компьютера принесут в журналистику новую, свежую, чистую струю, позже приведут в alma-mater своих детей. И эта замечательная традиция никогда не прервется.

P.S. Немного о себе. Своим становлением как человека и гражданина, выбором профессии и карьерными успехами целиком обязан: деду - Трошину Петру Александровичу, кадровому военному, подполковнику в отставке, осво­бождавшему Киев от фашистских захватчиков, за что награжден Почетной грамотой Верховного Главнокомандующего, а также многими орденами и медалями; бабушке - Трошиной Софии Наумовне, гостеприимной домохо­зяйке и душевному человеку, на которой держался дом; матери - Трошиной Светлане Петровне, выпускнице биологического факультета Киевского госу­дарственного университета имени Т. Г. Шевченко; тете - Трошиной Неле Петровне, выпускнице факультета журналистики Киевского государственного универси­тета имени Т. Г. Шевченко, которая на всю жизнь связала свою судьбу с родным факультетом (трудовой стаж - более пятидесяти двух лет).

С 1995 года творческим достижениям обязан и своей семье: супруге - Протопоповой Светлане Владимировне; теще - Протопоповой Нине Петровне; дочери - Насте и сыну - Сереже.

Раздел I

^

ТРИУМФ И ТРАГЕДИЯ ЧЕРЧИЛЛЯ

Лидер Великобритании до середины 50 годов XX века (три "премьер­ских" срока) с неизменной кубинской сигарой во рту, салютующий зрите­лям широко известным жестом - изображением двумя пальцами правой руки буквы "V", с которой в латинском языке начинается слово "победа", - таким вошел в историю Уинстон Черчилль. Долгие годы его называли "молодым человеком, который вечно спешит". У. Черчилль хотел немедленной власти и славы, для чего бесцеремонно расталкивал со­ратников и соперников локтями. Несмотря на это, его не только нена­видели, но и любили. В этом проявляется любопытная особенность английской политической жизни, когда в парламенте, правительстве или внутри партии оппоненты обвиняют друг друга во всех смертных грехах, а в личной жизни остаются добрыми друзьями.

Энергия и личная храбрость позволили У. Черчиллю понюхать пороху во многих "горячих точках" конца XIX - начала XX века, а политика при­вела в эпицентр мировых событий. Две мировые и "холодная война" про­шли при его непосредственном участии и сказались на судьбах народов мира. Побочные продукты этой деятельности - создание первого танка и даже появление слова "хулиган".

РОДИТЕЛИ

Его отцом был лорд Рандольф Черчилль, третий сын 7 герцога Мальборо. Кроме королевской фамилии в Англии было не более 20 герцогских семей, и среди них Мальборо считались десятыми по старшинству. Поскольку титулом и всем имуществом рода владел старший брат, Рандольф самостоятельно делал политическую карьеру. Он добивался власти и славы любой ценой, и его генотип полностью перешел кУинстону. Блестящий оратор, популярный в консервативной партии, Рандольф в правительстве тори неоднократно шантажировал премьера и руководство партии собственной отставкой в желании поскорее достичь поста если не премьер-министра, то министра первого ранга (в Англии это понятие означает узкий круг руководителей, принимающих политические решения. - Авт.). После его третьей попыт­ки отставка была принята, и Рандольф оказался буквально выброшен

из политики - причем, по собственной инициативе. Как оказалось впо­следствии, навсегда.

Мать Уинстона Дженни была дочерью американского миллионера Дже­рома. Это была красивая, живая, любящая развлечения женщина. Именно на балу 30 ноября 1874 года и родился младенец, названный всеми тра­диционными фамильными именами Мальборо-Уинстон Леонард Спенсер Черчилль. Овдовев в 1895 году, Дженни еще дважды выходила замуж, но всю жизнь активно помогала Уинстону достичь высот - сначала в журналистике, потом в политике, используя для этого многочисленные связи и знакомства.

У. Черчилль любил своих родителей, которые, впрочем, мало времени проводили с ним в детстве-то ли из-за политики, то ли из-за развлече­ний. В основном с ним возилась няня Эверест, к которой он был горячо привязан. Она умерла в один год с его отцом, и впоследствии в рабочем кабинете Уинстона всегда висел портрет няни.

ДЕТСТВО, ОТРОЧЕСТВО, ЮНОСТЬ

Уинни (всю жизнь близкие будут так его называть) из-за своего упрямства и непослушания приобрел от- рывочное образование. Он учил только те предметы, которые ему нравились, запоминая материал целыми страницами. После месячного пребывания в Версале, куда его отправили родители изучить иностранный язык, Черчилль на­учился бегло говорил по-французски.

Из-за пробелов в знаниях Уинстон дважды не смог поступить в военное училище. После занятий с репетитором он стал, наконец, лейтенантом кавалерии. Казарменной рутине молодой человек предпочитал "игру в войну", и в 1895 году поехал понюхать пороху на Кубу, где испанцы воевали с местными повстанцами. Оттуда он привез привычки курить сигары и спать днем. Позже У. Черчилль будет участвовать в колониза­торских экспедициях в Индии и Судане. При этом все время он упорно занимался самообразованием.

^

Направляясь на Кубу, позже в Индию, Судан, Южную Африку, У. Черчилль предлагал известным лон- донским газетам снои услуги н качестве военного корреспондента. Журналистика дала Уинстону имя, создав отличную стартовую площадку для политической деятельности. Кроме того, журналистский труд принес Черчиллю гораздо больше денег чем воен­ное поприще. Впоследствии на основе своих репортажей, корреспонденций и зарисовок он писал публицистические книги, выработав легкий стиль и занимательность сюжета. Писал многословно, в несколько толстых

томов.

Участие в англо-бурской войне на стыке веков сделало У. Черчилля знаме­нитым и состоятельным. Его побег из плена, многократно приукрашенный и разрекламированный, не только с интересом читался, но и выслушивался на лекциях как на британских островах, так и в Северной Америке.

Для младшего офицера с весьма ограниченным образованием появ­ление первых статей и книг, благожелательно встреченных публикой, было большим достижением. С особым тщанием Уинстон подбирал истори­ческий материал для своих книг; которые и сегодня читаются с интересом. Все его произведения удачны с литературной точки зрения, не считая мемуаристики в 6-и томах (тут любой автор склонен к приукрашиванию) и последней тетралогии "История народов, говорящих на английском языке". Критики отмечали, что в ней нет обилия свежего фактического материала, который всегда являлся отличительной чертой прежних работ Черчилля.

Политические взгляды молодого человека изложены в единственном романе "Саврола", где наиболее отрицательные черты человеческой на­туры воплощены в образах социалистов и коммунистов.

Публичная критика действий английского генералитета в Индии и Судане со стороны высокомерного, заносчивого и самоуверенного младшего офицора привела к его отставке из армии в конце XIX века.

^

У Черчилль стал членом парламента в 1900 году на волне своей популярности как "герой войны против буров". Он стал тутже атаковать лидеров своей консерва­тивной партии с"левых позиций", повторяя тактику отца. Случайное образование, непомерный апломб, умение необдуманной фразой наживать себе врагов он с лихвой перекрывал своей харизмой, необычайной трудоспособностью и предприимчивостью. Все его поведе­ние сначала в парламенте, позже в правительстве говорит о стремлении в кратчайшие сроки стать премьером.

При этом ему стоило громадных усилий овладеть ораторским искус­ством, так как Черчилль не выговаривал букву "с" и вынужден был по­стоянно следить за своим произношением. Чтобы не читать текст по бу­мажке (что считалось дурным тоном в палате общин), Уинстону приходи­лось заучивать наизусть свои речи, зачастую в нескольких вариантах. При подготовке речей У. Черчилль использовал статистика Ф. Мовата и стилиста Э. Марша. Именно в традиции привлекать на помощь сведующих людей кроется ответ на недоуменные вопросы о том, как мог Чер­чилль написать за свою жизнь так много книг, статей и речей по самому широкому кругу проблем.

По примеру отца Уинстон сколотил внутри партии тори небольшую группу задирак, в которую вошел Хью Сесиль - младший сын премьера. От его имени и пошло название группы -"Хьюлиганс" ("Хулиганы"). В 1903 году началось формирование нового кабинета, в состав которого рассчитывал войти Уинстон. Но его попытка по примеру отца сделать карьеру путем систематической критики руководства собственной партии провалилась - он еще не был видной политической фигурой. Фиаско У. Черчилля закон­чилось ренегатством: он перебежал в лагерь либеральной партии. Вообще, такие случаи время от времени случались, но еще ни одному британско­му политику не удавалось совершить обратный переход. Здесь Черчиллю принадлежит первенство.

С переходом к либералам Уинстон не проиграл. Внутренняя и внешняя политика тори в начале XX века потерпела крах, и в Англии к власти на долгие годы пришли виги. Это позволило У. Черчиллю все время на­ходиться на видных ролях на политической сцене. Его лучшим другом стал один из лидеров партии - Ллойд Джордж, который был даже свиде­телем на свадьбе у Черчилля. Это были "друзья-соперники": оба стреми­лись стать министрами, чтобы позже возглавить правящий кабинет. Выбор Уинстоном министерств зависел от первого ранга или от возмож­ности в полной мере проявить свои способности.

ПЕРВАЯ^

Одной из заслуг Черчилля является подготовка английского флота к первой мировой войне на посту морского министра. Тогда же он поддержал идею создания "сухопутного линкора" - прообраза первого танка. Однако напо­леоновские замашки (бюст Наполеона всегда находился на его рабочем столе) привели к тому, что с началом боевых действий он стал инициато­ром бесперспективной операции в проливе Дарданеллы, признанной одной из самых крупных неудач Англии в первой мировой войне. По требованию политических противников Черчилль был выведен из со­става правящего кабинета.

Неугомонный Уинстон, чтобы выплеснуть обиду и злость, направляется на фронт, во Францию. Нелюбовь к нему старших офицеров еще со времен Индии он постепенно преодолевает веселым нравом, заботливостью и личной храбростью. В отсутствие боевых действий Черчилль объявлял войну вшам: он привез с собой железную ванну и охотно одалживал ее желающим. С детства сутулый, к первой мировой войне располнев­ший, он, к сожалению, не мог по примеру Александра Македонского купаться обнаженным перед своими солдатами. Иначе обязательно бы так делал: он любил эффектные жесты.

СЕМЬЯ

Черчилль был видным женихом, однако большого интереса к женщинам не проявлял. В клубах или в гостях он общался с друзьям и, танцам предпочитал чтение. Казалось, Уинстон решил остаться холостяком. Но в 1908 году он женился на 23-летней Клементине Хозье, дочери драгунского полковника и аристократки из известной ирланд­ско-шотландской семьи. Клементина свободно говорила по-французски и по-немецки, была хорошо образованна, обладала тонким умом и чув­ством юмора. Она интересовалась политикой и была красивой женщиной. Это был брак по любви. На Клементину произвела глубокое впечатление удивительная храбрость Черчилля, проявленная при пожаре в местечке Рутленд, где он отдыхал со своим кузеном.

Сразу после свадьбы молодожены отправились в родовой замок Блен- хейм герцогов Мальборо, потом в Швейцарию и Италию. С первых дней замужества Клементина могла составить представление о том, как сложит­ся в дальнейшем их супружеская жизнь: еще не выйдя из церкви после венчальной церемонии, новобрачный завел с Ллойд Джорджем ожив­ленную беседу о политике; в Бленхейме он никак не хотел оторваться от рукописи своей новой книги; из Швейцарии писал коллегам по парла­менту записки по текущим вопросам.

Счастливой 56-летней жизни в браке Черчилль обязан уму и такту Кле­ментины. Характер у Уинстона был трудным, и ей приходилось нелегко, хотя она никогда этого не показывала. Они принимала Уинстона таким, каким он был, и сумела сделать себя необходимой для него и в час неудачи, и в пору большого успеха. Они не проводили много времени вместе: для этого он был слишком занят Клементина никогда не навязывала Уинстону своего мнения, но очень часто в доме слышался крик: "Клемми!" Это означало, что он хотел о чем-то спросить жену, посоветоваться с ней. Ведение дома лежало целиком на ее плечах, и она делала это так, чтобы Уинстон всем был доволен, чтобы его ничто не раздражало.

иОднажды Клементина Черчилль дала группе девушек совет, как им следует обращаться с мужьями. "Никогда, - говорила она, - не при­нуждайте соглашаться с вами. Вы добьетесь большего, спокойно придерживаясь своих убеждений. И даже это необходимо делать с извест­ным искусством и юмором".

Она была верным помощником мужа, всегда деятельно участвовала в проведении избирательных кампаний и в случае необходимости успешно выступала перед избирателями. Свое предисловие к книге Д.Фишмэна о жизни Клементины Черчилль вдова президента Рузвельта Элеонора Рузвельт заключила такими словами: "Ей досталась нелегкая роль в жизни, но она играла ее с достоинством и обаянием".

У четы Черчиллей было пятеро детей, но в 1921 году 2-летняя Мэриголд умерла. Выходные дни Уинстон проводил в кругу семьи. Он всегда любил играть с сыном Рандольфом, дочерьми Дианой, Сарой и Мэри.

^

После поражения Германии в первой мировой войне Черчилль приветствовал образование Антанты - военно-политического союза Англии, Франции, США и Японии, со­зданного помочь белой гвардии разгромить большевиков. Возглавляя военное министерство, Черчилль вместе с Кер­зоном делал все необходимое для поддержки адмирала Колчака. В Париже их поддерживал маршал Фош. Премьер Ллойд Джордж противился новой войне из опасения новых революций в странах Антанты. Однако к весне 1919 года линия Черчилля победила, и Антанта приняла реше­ние об интервенции в Россию. В то время английские газеты называли интервенцию "личной войной г-на Черчилля". Нарастающая мощь движе­ния "Руки прочь от России!" внутри страны побудила осторожного Ллойд Джорджа отозвать войска из России буквально через несколько месяцев. Черчилль пытался сопротивляться, но когда в 1921 году виги признали советское правительство, Черчилль понял: ему не место не только в правя­щем кабинете, но и в либеральной партии. Он ищет пути возвращения в ряды тори.

ДВОЙНОЙ ПЕРЕБЕЖЧИК

Консерваторы приняли "блудного сына" в 1924 году Усиления позиций лейбористской партии. После отставки Ллойд Джорджа к власти пришли тори, и Чер­чилль получил портфель министра финансов - второй по важности пост после премьерского. За способность менять политический курс одна газета назвала его "бесхребетным чудовищем", а другая написала: "Он уже второй раз покидает тонущий корабль и вторично в награду за свой ценный инстинкт получает не только возможность выплыть, но и высокий пост".

^

В 1929 году консерваторы проиграли выборы. Их сменили лейбористы, но и они были сметены мировым экономическим кризисом. К власти в Англии вновь пришли тори. К несчастью для Черчилля, это были его противники. На долгих 10 лет Уинстон оказался отлучен от большой политики. Заслуга Черчилля в этот период состоит в том, что он первым в стране понял опасность гитлеровской Германии не только для СССР но и для Англии. В связи с этим он настаи­вает в парламенте на техническом перевооружении армии и, по аналогии станками, развивает идею "крылатых линкоров". Впоследствии эта идея была воплощена в самолетах авиакомпании "Дуглас", которых прозвали "летающими крепостями". Однако к словам Черчилля не хотят при­слушаться. Правительство осознало его требования только в канун второй мировой войны.

Премьер Н. Чемберлен был сторонником постоянных уступок Германии, надеясь столкнуть ее с Советским Союзом. Осенью 1938 года состоялся мюнхенский сговор: Англия и Франция выложили Гитлеру на блюдечке Судеты - часть территории Чехословакии, где компактно проживало немецкоязычное население. Мюнхенская политика официально потерпела крах, когда в марте 1939 года Германия оккупировала всю Чехословакию без согласования с Лондоном и Парижем. Правительство в это время про­водило двойную политику: соглашения с агрессором и имитации союза с СССР за который высказалось большинство в Англии. Н. Чемберлен сорвал переговоры с СССР в августе, дав, по сути, отмашку Гитлеру на начало второй мировой войны. В первый день сентября 1939 года Гер­мания напала на Польшу. К чести Черчилля следует признать: он понял, что победить Германию можно только в союзе с Кремлем. Однако он был не у дел, но верил, что его время придет.

^

По трехстороннему договору между Варшавой, Лондоном и Парижем в случае нападения на Польшу Англия и Франция объявляют войну агрессору.

Н. Чемберлен хоть и вынужден был объявить войну Германии, но по сути продолжал политику "умиротворения". Сентябрь 1939- апрель 1940 года вошел в историю как период "странной войны": боевые действия не велись. Чтобы заставить замолчать Черчилля, Н. Чемберлен предложил ему пост военно-морского министра и члена кабинета. Для Чер­чилля это было возвращением в большую политику после 10-летнего про­стоя. Первым, кто понял значение Черчилля для английской политики, стал президент США Ф. Рузвельт. Между ними завязалась переписка, прекратив­шаяся весной 1945 года в связи с кончиной американского президента.

После оккупации немцами Дании и Норвегии весной 1940 года все в Англии поняли, что правительство Чемберлена изжило себя. Черчилль был един­ственной реальной кандидатурой, и 10 мая 1940 года стал премьером. В этот же день Германия двинула армии против Франции, Бельгии и Голландии.

В своей "тронной" речи и в выступлениях на митингах британский пре­мьер призывал народ к энергичному ведению войны. Авторитет Черчилля неуклонно повышался. Однако на континенте Черчилль ничего не успел сделать: немцы отрезали крупные силы французов и англичан в районе Дюнкерка, и британцы едва успели эвакуировать своих солдат через Ла-Манш. При этом пришлось бросить все вооружение. Франция сдалась. В войну на стороне Германии вступила Италия. На западе Европы Англия осталась один на один с фашистами.

Новый лидер нации понимал, что в одиночестве Англия обречена на поражение. Только в союзе с СССР и США возможна победа во второй мировой войне. Известие о нападении Германии на Советский Союз Чер­чилль воспринял с большим облегчением. А после атаки японцами Пирл- Харбора и вовсе воспрял духом. Он решил переложить основную тяжесть войны на союзников. При этом он пошел на сознательный обман И. Сталина и Ф. Рузвельта относительно открытия второго фронта в начале 1942 года. Операцию "Оверлорд" Черчилль оттягивал до последнего, и только опасность разгрома советской армией фашистской военной машины в одиночестве и возможное установление в большинстве стран европейского континента прокоммунистических режимов заставили Англию и США 6 июня 1944 года высадиться в Нормандии.

Настроение Черчилля было тревожным. Он еще до Сталинградской битвы понял, что Советский Союз станет победителем, и решил охватить английскими, французскими и американскими войсками как можно больше стран Старого Света. "Призрак коммунизма" заставил многих сателлитов Германии выйти из войны, немецкие гарнизоны на оккупированных терри­ториях сдавались в плен союзникам в массовом порядке. Вдохновлен­ный таким поворотом событий, Черчилль даже стал вынашивать идею заключить сепаратный мир между союзниками по антигитлеровской коа­лиции (без участия СССР) и Германией, после чего повернуть фашист­ские войска против Кремля. Однако все его планы сорвало стремитель­ное наступление советской армии и штурм Берлина. Да и американцы ответили отказом.

В это время внутри Англии стала понятна его международная политика. Авторитет премьера очень упал. На Потсдамской конференции Черчилль при поддержке нового президента США Г. Трумэна собирался дать бой Сталину по послевоенному переустройству в Европе. Выборы в парла­мент в июле 1945 года помешали ему осуществить свои планы. Чер­чилль потерпел сокрушительное поражение и уступил кресло премьера лидеру лейбористов Эттли. Уинстона отстранили от власти в зените славы, в ореоле национального героя. С. Хаффнер был близок к истине, когда писал, что "Черчилль был нужен Англии, чтобы вести войну против Германии. Однако при всем восхищении и всей благодарности за то, что он сделал в войне против Германии, Англия не захотела его услуг для развязыва­ния войны против Советского Союза".

База данных защищена авторским правом © kursovaya-referat.ru 2017При копировании материала укажите ссылку

www.kursovaya-referat.ru


Смотрите также